Завеса Звездной пыли и Жестокости

Элви, должно быть, заметила выражение моего лица, потому что, лукаво улыбнувшись, подошла поближе и легонько подтолкнула меня. Я ожидала, что прикосновение будет мне противно, но ошиблась. Что-то в этой фейри обезоруживало.

– Не смотри на меня так, – сказала она, щеки ее порозовели. – У нас не такая большая разница в возрасте, как ты думаешь. По крайней мере, из всех фейри, которых я встречала, ты не сильно старше меня. Все остальные здесь совсем древние.

– Действительно древние, – с другой стороны сводчатого прохода подал голос Элдер, оповещая нас тем самым, что все еще слушает… хоть и находится в своем укрытии.

– Дело не в этом. Просто… Да, Элдер прав. Я и правда ничего не знаю об этом мире. – Или о своем собственном, раз уж на то пошло. Сейчас мне казалось, что я вообще ничего не знаю.

Я снова скользнула взглядом по брату Элви, который делал вид, что не пытается подглядывать за нами с противоположной стороны комнаты, и почувствовала, как нервное напряжение стало тревожить мышцы живота.

Элдер, с его бледной кожей и белесыми волосами, совсем не был похож на моего брата. Но из-за одного его присутствия пульсировавший комок нервов напомнил о тоске по Солу. Я оставила его в Алдерии, думая, что больше никогда не вернусь, но как бы ни старалась свыкнуться с этой мыслью, она казалась более невыносимой день ото дня. Меня обманом заставили думать, что, покидая деревню, я защищаю младшего брата. Теперь же я знала правду. Знала, что лишь обрекла его на бо?льшие страдания, и с каждым днем мысль о возможности встретиться с родным братом снова казалась все более и более невозможной. Может, в Алдерии я и представляла для него угрозу, но отсюда я волей-неволей угрожала ему сильнее.

Чем ближе я была к фейри, к самому Аварату, тем больше была вероятность того, что меня снова используют ему во вред.

О чем бы Итрис и Сирен, выйдя из комнаты, ни говорили, когда они вернулись, оба были абсолютно спокойны. Итрис позвала внуков за собой, чему они покорно подчинились, но сперва каждый из них украдкой бросил в мою сторону взгляд, который не остался незамеченным: шаги Итрис раздавались намного громче обычного, пока она шла к двери.

Какое-то время Сирен вел себя так, будто не замечал меня. Он вернулся к ниспадающему потоку воды, протянул руку, но замер прежде, чем успел коснуться его пальцем. Могу поклясться, что в тот момент, всего на секунду, я увидела, как в черных водных гранях мелькнуло лицо. Но оно исчезло так же быстро, как и появилось.