Зависимая: Реальная история выздоровления

По этой же причине как болезнь квалифицируется ожирение. Кроме того, любая болезнь теоретически поддается лечению медикаментами, что не может не радовать крупные фармацевтические компании. Некоторые профессионалы также считают, что модель болезни выглядит дружелюбнее по отношению к клиентам и их родственникам, так как снижает стигматизацию и ответственность.

В Австралии теория болезни не столь популярна. Здесь политические и лечебные подходы в основном формируются в рамках системы государственного здравоохранения, которая подразумевает, что аддикция – выученная форма поведения и являет собой продукт комплексного взаимодействия между биологическими, психологическими и средовыми факторами, влияющими на личность, и психоактивным веществом.

Для меня же очевидно, что зависимость формируется из плавильного котла факторов, как природных, так и обусловленных воспитанием. Значение могут иметь доступность психоактивных веществ, культурный контекст, давление сверстников, политическая ситуация, влияние социального окружения, превратности судьбы, психиатрический фон, темперамент и другие особенности личности.

Это биопсихосоциальный суп, и такому сценарию будет следовать моя книга.

Замечание о языке

Терминология, связанная с употреблением алкоголя и наркотиков, зависит от того, к какой научной школе вы принадлежите. В США, где лечение концентрируется главным образом вокруг проблем поддержания абстиненции, используются такие слова, как «алкоголик», «аддикция», «злоупотребление психоактивными веществами», «трезвый», «свободный» и «выздоровление», и эти выражения проникли во многие другие страны.

В Австралии, где стратегия основывается на минимизации вреда, предпочитают другой язык: «пострадавший от употребления наркотиков», «проблемное употребление психоактивных веществ», «вред, связанный с наркотиками», «отказ» и «уровень зависимости». Эти термины не создают деления на «мы» и «они».

Лично я не называю себя «алкоголичкой», или – как все чаще говорят в США – не «идентифицирую себя как зависимую», ведь принять этот ярлык – значит обойти вниманием все остальные части своего многогранного «я» и навсегда остаться запертой в определенной ячейке.

Но я также слишком англичанка, чтобы прибегать к столь драматическим терминам, как «выздоровление». Однако в этой книге я буду часто использовать слова «зависимость» или «аддикция», поскольку они менее тяжеловесны, чем альтернативные термины.