Загадочное превращение

Дикки смотрел на нее, как хищная птица на беззащитного мышонка. Еще мгновение – и он спикирует и схватит ее когтями. Затем он обвел недовольным взглядом ее сестер. Ее муж смотрел на них так, словно они были избалованными детьми, которых ему предстояло научить дисциплине.

– Итак? Какое срочное дело привело вас сюда в столь неурочный час?

Сюзетта скосила глаза на Кристиану, затем на Лизу, после чего, вооружившись довольно прохладной улыбкой, любезно ответила Дикки:

– Ничего особенного. Мы просто ужасно соскучились по Кристиане.

Прошло уже больше года со дня вашего бракосочетания, а вы ни разу не привезли ее к нам погостить, как обещали.

Кристиана почувствовала, что Дикки весь натянулся как струна, когда Сюзетта напомнила ему о данном им обещании, и вздохнула про себя. Теперь у него появился лишний повод, чтобы ее наказать.

– Я граф, барышня, я важная персона, и я слишком занят, чтобы тратить время на пустяки. Мне некогда шататься по окрестным деревням, когда здесь, в городе, так много работы, – сквозь зубы процедил Дикки.

– Ну что же, мы наконец встретились, – пробормотала Кристиана, опередив Сюзетту, чтобы помешать ей сказать что-нибудь еще. – И я очень рада вас видеть. Вы должны рассказать мне обо всем, что случилось с тех пор, как я уехала из дома.

К огромному облегчению Кристианы, Сюзетта поняла намек и немедленно принялась во всех подробностях излагать все новости, касающиеся жизни в усадьбе. Мало-помалу сестра по-настоящему увлеклась игрой, и в глазах ее плясали озорные огоньки, когда она перечисляла, кто из слуг женился, а кто еще нет, пересказывала все местные сплетни, какими бы скучными они ни казались.

Что касается Лизы, то она сидела молча, и в глазах ее все явственнее проступали тревога и нетерпение. Дикки, похоже, тоже вся эта болтовня стала действовать на нервы. Для всех стало большим облегчением, когда он внезапно встал, бросив раздраженно:

– Вынужден вас оставить. Мне некогда с вами болтать. Меня ждут важные дела.

– Слава богу, – простонала Сюзетта, когда дверь за ним закрылась, и тут же маска напускной веселости сползла с ее лица.

Глаза ее горели гневом, когда она, подавшись вперед, с нажимом в голосе спросила у Кристианы: – Что тут происходит, черт возьми? Он все время так себя ведет? Господи, он был совсем другим, когда ухаживал за тобой. Цербер!

– Тсс, – прошептала Кристиана. Она встала, быстро подошла к двери и опустилась на колени, чтобы заглянуть в замочную скважину.