Зачарованный нимфой

Лорелей сядет в машину и будет ехать вперед недели, месяцы. Но этот мужчина… вспомнит ли он о ней? Возможно, лишь в контексте машины, в которую влюбился с первого взгляда.

– Нет. Мне достаточно того, что ты просто остановился. – Она оправила рукой кудри, упавшие ей на лицо. – Многие не сделали бы и этого. Большое спасибо.

Нэш колебался. Еще никогда он не видел ее лицо таким спокойным, почти подавленным. При ярком свете дня он мог рассмотреть женщину лучше. Она оказалась вовсе не такой юной, как он подумал при первой встрече.

Более зрелая и роскошно сложенная.

– Хорошо. Присматривайте за этой красавицей как можно лучше.

Почти ласково Нэш провел рукой вдоль корпуса автомобиля. Ему все еще не хотелось садиться в свой автомобиль и уезжать. Быть может, немного потерянное выражение ее лица выбило его из колеи.

Он все же вернулся к себе и подождал, пока она отъедет. Женщина помахала ему и тронулась с места. Нэш ждал, когда его накроет волной облегчения от того, что он избавился от этой дикарки, но ничего не происходило.

Он завел мотор. Лорелей наблюдала за ним, пока спортивная машина окончательно не скрылась из виду, затем, развернувшись, устремилась в город, следом за ним.

Глава 4

Девушка за стойкой администратора лучезарно улыбнулась:

– Доброе утро, Лорелей. Ты так рано сегодня!

– На самом деле я уже опаздываю. У меня назначена встреча в полдень. Будь душкой, позвони на арену и сообщи им, что я уже в пути.

В раздевалке Лорелей подводила итог сегодняшнего утра.

Разбитая дорогостоящая спортивная машина. Знакомство с мужчиной. Раньше «знакомство с мужчиной» предвещало свидание. Лорелей вздохнула: шансы встретить прекрасного незнакомца еще раз были равны нулю.

Она отправила сообщение подруге и бросила телефон в сумку. В последнее время ее личную жизнь нельзя было назвать разнообразной. На данном этапе первый попавшийся любовник может стать очередным пройдохой, от которого придется прятать ценные вещи.

Лорелей натянула белую рубашку, бриджи для верховой езды и сапоги.

Надев жилет, полюбовалась собой в зеркале. На нее накатила волна облегчения. Наконец-то она оказалась в знакомом мире, правила которого были ей понятны. Она обожала выездку и конкур – здесь была своя структура, вносившая некую иллюзию порядка в ее собственную жизнь. Лорелей печально улыбнулась, застегивая жилет для верховой езды – после событий, связанных с ее отцом, она сильно похудела.

Лорелей ждала ученика в центре арены.