Звезда Авроры

Она в парадной форме, волосы собраны в тугой хвост. Рядом с ней стоит адмирал Адамс, тоже при параде, сложив кибернетические руки на бочкообразной груди, где места нет от медалей. Складка омывает их всеми оттенками серого.

У Адамса и Тая история давняя. Они с отцом Тая были лучшими друзьями, когда служили пилотами в Армии Обороны Терры. Когда Джерико Джонс погиб, Адамс взял Тая и Скар под свое крыло. Каждую субботу они с Таем ходят вместе на церковную службу, и Адамс всегда уделял Таю чуть больше внимания, чем другим кадетам.

Но я смотрю в глаза моего Альфы и вижу, что он в таком же недоумении, как и я.

– Доброе утро, легионеры! – Адамс отдает честь.

Мы отвечаем тем же, и де Стой говорит:

– Мы хотели пожелать доброй охоты вам и вашему экипажу, легионер Джонс.

– Благодарю вас, мэм, – отвечает Тайлер.

– Это ваш первый выход на сцену куда более широкую, – говорит Адамс. – Вас могут ждать препятствия, какие вы даже не можете себе представить. Но мы до конца верим в вас и в вашу способность их преодолеть.

Что бы ни случилось, вы должны выдержать. – Адамс смотрит на Тая в упор. – Верь мне, Тайлер.

Что странно, то странно. Как бы ни были тесно связаны Адамс и Тай, высшее начальство никогда не дает указаний напрямую бойцам вроде нас.

Мы в командной цепи настолько низко, что нас практически не видно, а тут еще задание совершенно пустяковое. И вдруг оба главных лица Академии обращаются к нам, будто мы – Экипаж Первого Класса, направленный Спасать Галактику.

И тут Адамс смотрит на меня и произносит девиз Академии:

– Мы – Легион. Мы несем свет. Куда мы приходим – там ночи нет.

– Так точно, сэр! – отвечаю я.

– Несите свет, легионеры, – говорит де Стой. – Груз, который вы везете, ценнее, чем вы можете себе представить.

– Да пребудет с вами Творец. – Адамс наклоняет голову.

– Гм… – произносит Тайлер. – Спасибо, сэр! Спасибо, мэм!

Их портреты висят еще секунду, будто хотят запечатлеться в нашей памяти.

Я пытаюсь понять, что это за чертовщина. Но изображения, отсалютовав на прощание, исчезают, сменяясь вращающейся проекцией станции «Саган».

Мы смотрим туда, где только что находилось наше командование, и несколько оглушены. Тишину нарушает одно слово, произнесенное Зилой Мадран и выразившее наши общие чувства:

– Странно…

Тайлер откидывает волосы с лица, садится. Он снова принял деловой вид, хотя наверняка задает себе те же вопросы, что и я.