Звезда моя

В плотной духоте она уловила легкий цитрусовый аромат его одеколона, от которого ее ноздри затрепетали. Когда спустились с лестницы, он оставил ее руку, но она по-прежнему осознавала его близость.

Заре необходимо было узнать размеры сада и множество других деталей, но Витале вряд ли готов был стоять и ждать, пока она запишет все необходимые данные. Как бы ни хотелось приступить к работе прямо сейчас, придется повременить до следующего приезда. Сад плавно переходил в лес, граница терялась в тени деревьев, а от панорамы, открывавшейся в другую сторону, захватывало дух.

Витале видел, как ее лицо осветилось, когда она увидела холмы на закате и деревья, озаренные коричневато-золотистым светом. Ее обычно настороженное выражение лица сменилось откровенным восторгом. Она была совсем не такой, как он ожидал: не пыталась флиртовать с ним, не хихикала, да и одета была довольно просто. Он не заметил даже косметики, что было совсем уж непривычно для мужчины, всегда окруженного женщинами, которые старались предстать перед ним в лучшем виде и сразить его своими прелестями.

Зара обернулась к нему, ее необычные глаза цвета лаванды сияли в предвкушении работы над заказом в таком красивом месте.

– Каким количеством земли располагает поместье?

Он пристально всматривался в ее лицо, такое чистое и выражавшее по-детски нескрываемое восхищение. «Per amor di Dio, – помимо своей воли подумал Витале, – она идеальна!» Эта неожиданная мысль потрясла его.

– Вся земля в пределах видимости относится к дому.

Раньше это было крупное поместье, где возделывали землю, – пояснил он. – Сейчас я хочу показать вам его нижнюю часть, а завтра вы сможете вернуться сюда и все здесь осмотреть. В вашем распоряжении будет машина.

Зара встретила взгляд его удивительных темно-золотистых глаз, проницательных, настороженных, казалось видевших ее насквозь. По рукам Зары побежали мурашки, во рту у нее пересохло.

– Спасибо, это будет очень удобно, – ответила она, стараясь подавить свои ощущения мыслью о Джулиане, о боли и унижении, которые она испытала тогда.

– Prego! – отмахнулся от ее благодарности Витале и провел ее обратно в дом, погруженный в тишину.

В прихожей она наклонилась за сумкой.

– Я возьму, – сказал Витале, опередив ее на долю секунды.

Следом за ним она вышла на улицу и ждала рядом, пока он запирал дом. Он открыл дверцу черного «ламборгини», припаркованного у порога, убрал туда ее вещи и жестом пригласил сесть.