Зеленые тени, Белый Кит

Я счастлива! Охотничья свадьба – подумать только!

– Я только об этом и думаю, – сказал Джон, управляя машиной. – И если вы меня знаете, с таким же успехом это могли быть охотничьи похороны!

– Джону бы это понравилось! – сказал Том, обращаясь ко мне, словно Джона здесь вовсе не было, словно это не он вез нас по нескончаемой зелени. – Потом он пришел бы на нашу панихиду, напился бы и, рыдая, рассказывал о том, как у нас все было здорово. Вы замечали, что все происходит так, как ему удобно? Для него люди рождаются, живут и умирают, чтобы он мог закрывать им веки монетами и оплакивать их.

Есть на свете что-нибудь такое, что не было бы Джону удобно или от чего он не получал бы удовольствия? Только одно, – добавил Том, выдержав паузу.

Джон сделал вид, что не слышит.

– И что же это? – спросил я.

– Оставаться в одиночестве. – Том вдруг посерьезнел. – Джон не любит оставаться один. Никогда не оставляйте Джона одного. Запомните это: ни при каких обстоятельствах.

 – Том посмотрел на меня проницательными, ясными светло-голубыми глазами. – Однажды Джон сказал мне: «Том, самое одинокое время – когда заканчиваешь работу и начинаешь ужинать. Это час безысходности, какая бывает в три часа утра долгой-долгой ночью. Вот тогда человеку и нужны друзья».

– Я говорил тебе такое? – сказал Джон с притворным удивлением.

Том кивнул:

– В прошлом году я получил от тебя письмо. Наверное, ты писал его днем, часов в пять. Создавалось впечатление, что ты одинок.

Поэтому я названиваю тебе время от времени. Ревнуешь, Лиза?

– Пожалуй, да, – сказала Лиза.

Том пристально на нее посмотрел.

– Нет, – сказала Лиза. – Не ревную.

Том похлопал ее по ноге:

– Молодец! – Он кивнул Джону: – Не провести ли нам ходовые испытания?

– Проведем!

Остаток пути в Килкок мы промчались со скоростью восемьдесят миль в час. Лиза частенько жмурилась. Том не жмурился вовсе, любуясь зеленой Ирландией.

Я проехал большую часть пути с закрытыми глазами.

С охотничьей свадьбой возникли трудности. Неожиданно выяснилось, что в Ирландии таковые давно не проводились. Насколько давно, мы так и не узнали.

Вторая, и самая большая, трудность была связана с церковью.

Ни один уважающий себя священник не собирался скреплять узами брака похоть двух голливудских звезд, несмотря на то что Лиза Хелм была уроженкой Бостона и вообще исключительно изысканной дамой.