Змеиный перевал

Я как раз закурил сигару после сытного ужина, когда хозяйка заведения миссис Китинг пришла, чтобы попросить об одолжении. Оказывается, в гостинице остановился некий джентльмен, который каждый день посещает Нокколтекрор. И поскольку до нее дошли слухи, что я тоже утром намерен туда отправиться, она взяла на себя смелость поинтересоваться, не найдется ли в моем экипаже местечка и для него. Дело в том, что он подвернул ногу и вряд ли сможет идти пешком. В сложившихся обстоятельствах я, конечно же, не смог отказать, так как не хотел показаться неучтивым, изобразил радость и готовность взять с собой попутчика, но, когда остался один, мысленно себя отчитал: «Мне бы следовало нанять для путешествия карету скорой помощи! Стоит оказаться близ Шлинанаэра, как непременно что-нибудь случится.

И почему бы Энди не прикусить свой проклятый язык! Иногда можно позволить себе роскошь сыграть роль доброго самаритянина, но это уж слишком! Лучше бы мне вообще его не встречать!»

Эта последняя мысль натолкнула меня на другую: злюсь я совершенно безосновательно.

Ведь если бы Энди не встретился мне на пути, я никогда не узнал бы о существовании Шлинанаэра, никогда не услышал бы голоса Норы…

«Итак, – сказал я себе, – у этой идеальной фантазии, у этого воплощения женского голоса уже есть имя. Да какое чудесное!»

Таким образом, я сделал еще один шаг на пути к болоту, и мое дурное настроение тут же испарилось. Когда сигара уже была наполовину выкурена, а смятение в душе немного утихло, я спустился в бар и расспросил миссис Китинг о моем завтрашнем спутнике.

Она ответила, что это мистер Сазерленд, молодой инженер.

– Это какой Сазерленд? – поинтересовался я, добавив, что учился в школе с Диком Сазерлендом, который, насколько я помнил, отправился учиться в Ирландский научный колледж.

– Пожалуй, это тот самый джентльмен, сэр. Его звать мистер Ричард Сазерленд, и он говорил, что учился в Стефан Грин. Я сама слыхала.

– Да, это он! – радостно воскликнул я. – Скажите-ка, миссис Китинг, что привело его в ваши края?

– Выполняет какую-то работу для мистера Мердока на Нокколтекроре.

Я слыхала, сэр, что там странные дела творятся. Вкапывают какие-то столбы, крепят на них магниты да всякие другие научные штуки. Говорят, будто мистер Мердок совсем умом тронулся, после того как начал судебную тяжбу с бедным Фелимом Джойсом. Охохонюшки! Он честный человек, наш мистер Джойс, а гомбин обошелся с ним очень скверно.

– Что это за тяжба? – спросил я.