Золотая пряжа

Брат никогда не забывал поздравить его с днем рождения, и каждый год Уилл, как маленький, трепетал в предвкушении подарка. Клара оставалась единственной, кому Уилл их показывал.

Полагаю, ты уже пытался разбудить ее поцелуем?

Дупляки принялись протирать грязные стаканы, и Уилл снова достал ручку и листок. Написать ли ей о том, что Клара впала в смертный сон, а незнакомец на «скамье слез» заверил Уилла, что именно ему суждено восстановить нарушенный порядок?

Он свернул бумажку и сунул в карман.

Дупляки брызгались водой, гремели посудой и, будучи ростом не выше стакана, производили на удивление много шума.

Дупляки едва взглянули на непрошеного гостя и снова принялись за свое. Зато девочка едва не опрокинула ведро от страха, а лицо Венцеля стало белее мела.

– Я знаю, что вы уже закрыты, – бросил гоил, предупреждая его возражения. – Я всего лишь хотел кое о чем спросить.

Уилл успел забыть, как звучат их голоса. Забыть золотой блеск глаз, матово-красную кожу короля и яшмовую – его верного пса. Неужели это происходило с ним? Голова снова разбухла от воспоминаний.

Но кожа этого гоила была из благородного оникса, разве только с необычными зелеными вкраплениями. И одет он был не в мундир, как его соплеменники, попадавшиеся Уиллу на улицах Шванштайна, а в куртку из шкур ящериц, которых Уилл собственными глазами видел на берегу одного из подземных озер.

– Я готов обслуживать таких, как ты, но вот болтать с тобой не нанимался, – прошипел Венцель и стукнул о стойку тростью так, что дупляки разом вздрогнули.

Гоил оскалился в улыбке. Ростом он был поменьше большинства своих собратьев.

– А я вижу, ты забыл, кто нынче хозяин в этой дыре? Это может стоить тебе второй ноги.

В широко раскрытых глазах девочки застыл ужас, смешанный с восхищением. Но она снова склонилась над грязным столом, поймав взгляд Венцеля.

– Человек, который мне нужен, обычно останавливается здесь, – гоил посмотрел на руку людоеда над стойкой, – хотя, безусловно, мог бы подыскать себе жилье получше.

Венцель повернулся спиной к Уиллу и шикнул на дупляков, чтобы возвращались к работе.

– Бесшабашный не показывался здесь уже несколько месяцев. Но если б я и знал, где он скрывается, не понимаю, с какой стати я должен докладывать об этом каждому булыжнику?

– В самом деле… – хмыкнул гоил, разглядывая свои когти.