Золотая пряжа

 – И потом, кто сказал, что они будут сражаться на вашей стороне, даже с мягкой кожей? Может, они предпочтут умереть за короля, который не отлавливает новобранцев по деревням, словно зайцев, и не покупает их в колониях на деньги своей любовницы.

Умереть за короля… Уилл застыл, не в силах оторвать глаз от его черных когтей. Острые как бритва. Такими можно без труда вскрыть человеческий череп. Воспоминания хлынули потоком. Он снова стоял в церкви, защищая своим телом Кмена.

Все это время гоил внимательно его разглядывал.

– Ну, желаю удачи, – проговорил он наконец и схватил со стойки бутылку шнапса, прежде чем Венцель успел ему помешать. – Только знаешь, – Оникс снова повернулся к Уиллу, – у тебя могут появиться конкуренты. Амалия назначила за поимку Феи хорошую награду: рубин, который был на ней в день свадьбы. – Гоил отправил бутылку в рюкзак и бросил на стойку несколько монет. – А этот камешек стоит побольше, чем аустрийские земли вкупе со всем, что на них стоит. Ее мать украла рубин у князя Оникса.

В корчму вошли еще двое посетителей. Как и все люди, они покосились на гоила со смешанным выражением отвращения и страха и даже скривились, когда тот проходил мимо них. В дверях Бастард обернулся и, взглянув на Уилла, прижал к груди сжатую в кулак руку.

Уилл спешно запустил ладонь в сумку, потому что почувствовал, как пальцы сами сжимаются в ответном жесте. За его спиной Венцель и новые гости на чем свет стоит честили каменных истуканов и вслух мечтали о новой жизни, когда всех гоилов загонят под землю, где они задохнутся, как крысы.

Один из посетителей, до того бледный, что действительно напомнил улитку, высказал интересную мысль: как хорошо было бы с практической точки зрения, если бы после смерти гоилы окаменевали. Какие сокровища можно было бы извлекать из их трупов!

Он всегда находит то, что ищет.

Уилл вышел на площадь, где крестьяне расставляли палатки и раскладывали на прилавках товар. В базарный день, кроме обычных фруктов, овощей и ощипанных птичьих тушек, покупателям могли предложить говорящего осла или парочку дупляков.

Но Уиллу нужна была всего лишь лошадь и немного еды в дорогу. Озирая торговые ряды, он заметил Бастарда на противоположной стороне площади. Оникс стоял, прислонясь к арке, с высоты которой на шванштайнских бюргеров взирала каменная голова единорога. Толпа шарахалась от гоила и обтекала его по широкой дуге, что, судя по всему, порядком его забавляло.

– Что такое? – Взгляд Бастарда скользнул по лицу Уилла.