Золотой

С той стороны доносились размеренные вдохи и выдохи, а также отчетливый гул легкого храпа Коппер, которого, по ее мнению, не существовало. Я облегченно кивнула сама себе.

Я не могла противостоять инстинктам, которые кричали о том, чтобы я что-то защищала.

Защищать. Защищать. Защищать.

С этой мыслью я спустилась вниз и начала всюду включать свет.

В этом была красота квартиры, соединенной с книжным магазином, где я работала. Всегда было куда пойти, если сны становились совсем невыносимыми, а воспоминания – слишком болезненными.

Книги были убежищем, местом, где можно спрятаться даже от самых худших моментов из моего прошлого.

Не только от того, что я пережила, но и от того, что меня заставляли делать.

Ряды книг и стеллажи, доходящие до потолка, сразу же залились светом. Вся нижняя часть огромного старого дома была магазином и кладовой. Я шла, стуча сапогами по плитке, проводила пальцем по корешкам, позволяя умиротворению этого места отогнать последние воспоминания.

– Мучают мрачные мысли, да?

Я даже не вздрогнула, когда гуль[1 - Гуль, гул – мифическое существо и фольклорный персонаж, оборотень в арабской, персидской и тюркской мифологии.

] Денна выплыла между стеллажей книг – сегодня ее тело было более осязаемым. Она снова не ела, в чем я не могла ее винить. Гули были падальщиками, поэтому чем дольше их будущая еда умирала и гнила, тем больше она им нравилась. А у Денны был вкус настоящего гурмана, который доводил ее до истощения.

– Доброе утро, Денна. И да, мучают сны, хотя… Нет.

Все как обычно.

Денна была предыдущим менеджером магазина… когда еще имела человеческое обличье. А как только превратилась в гуля, ее перевели на ночную смену. Оказалось, покупателей смущало ее существование, и, похоже, Грант (хозяин и тоже довольно сомнительный персонаж) понял это. Многие люди не могли видеть ее, но, если верить Бобу – одному из постоянных покупателей, она устраивала им «припадки веселья». Так что теперь Денна работала только по ночам, разглядывая книги и выкладывая на полки новинки.

Уверена, я была одной из немногих, кто мог видеть ее и разговаривать с ней.

Я подошла к огромному деревянному обеденному столу, на котором было все необходимое для настоящего читателя. Кофе, разные виды чая, упаковки с нежирным печеньем, чтобы то не запачкало страницы, а также сахар, мед и настоящие сливки в маленьком холодильнике. Пароварка, кофемашина, кофемолка и небольшой тостер. Но не это было моей любимой вещью, а подогреватели кофейных чашек.