Игра на ее поле

Чем дольше вы будете выполнять дневную программу, тем меньше времени у вас останется вечером на бары, – пробормотала Чарли, делая приятное выражение лица. – Доброе утро.

– Твою мать, что в нем доброго?

Когда Шторм наконец показался, она прикусила щеку, чтобы не рассмеяться во весь голос.

Мужчины в пятьдесят шесть не должны носить кимоно до середины бедра, какими бы богатыми или известными они ни были.

– Вы изучили план на сегодня?

Он окинул ее затуманенным взглядом и потрепал волосы, показывая ей отросшие темные корни.

– Я бы лучше изучил тебя, дорогуша.

Она закатила глаза:

– Мы уже это обсуждали. Я – менеджер тура, вы – рок-звезда. Деловые отношения, comprende?[1 - Понимаете (исп.).]

– Обожаю, когда ты говоришь на иностранном языке.

Держась за дверь, он так сильно наклонился вперед, что чуть не вывалился из автобуса, и Чарли не смогла удержаться от смеха.

– Ну же, ведите себя хорошо. – Прежде чем он снова попытался флиртовать с ней, она подняла руку. – Одевайтесь. Поешьте. Подпишите оставшиеся фотографии…

– Да, да.

Он помахал рукой, отчего кимоно распахнулось, и она быстро отвела взгляд, чтобы случайно не увидеть больше, чем седеющие волосы на груди и неестественно загорелый живот.

– И если вы будете вести наилучшим образом, днем я позволю вам съездить в «Соверейн хилл».

Впервые за все утро его лицо оживилось.

– Да, Тайгер говорил, он выглядит круто.

– Дети его обожают, – сказала она.

Маленькая часть ее циничного сердца смягчилась при его очевидной любви к семилетнему сыну. Хотя она не могла понять, как кто-то мог дать своему ребенку имя Тайгер.

– Значит, думайте об этом.

Его губы растянулись в улыбке, и на мгновение она увидела, чем он много лет привлекал поклонниц.

– Я соберусь гораздо быстрее, если вы зайдете и потрете мне спинку.

Она улыбнулась в ответ.

– Я силой вытащу вас отсюда, если вы не поторопитесь.

– С такими ногами нельзя винить мужчину за попытку, – пробормотал он и захлопнул дверь.

Покачав головой, Чарли стала искать в сумочке мобильный телефон и тут услышала голос Луки:

– Ты справилась с ним как настоящий профессионал.

– Это моя работа, – сказала она и замерла, оглядывая Луку.

Он был во всем черном: черной шелковой рубашке, черных брюках и черных ботинках – и больше походил на налетчика, чем на финансиста.