Игра на ее поле

Очевидно, что мерзкий Лука Петрелли покинул Французскую Ривьеру и вечеринки в Рио-де-Жанейро исключительно ради Гектора, который только что уволил своего ведущего финансиста и теперь нуждался в срочной замене на этот тур.

И ею стал упрямый бабник, который щеголял своим шармом по всему земному шару. Ее подозрения только усиливал тот факт, что он использовал свои связи в обществе, чтобы собирать деньги на благотворительность. Этот парень не виделся со своим дедом почти десять лет, так что же он делает здесь сейчас?

Чарли остановилась возле двери и постучала, поспешно придавая своему лицу равнодушное выражение.

Это просто одно из заданий Гектора, которое она выполняла, и не имеет права критиковать своего босса или его мотивы.

Однако, лишь взглянув на Луку Петрелли, Чарли поняла, что это не обычная ее работа.

– Вы выглядите разочарованной, – протянул мужчина.

Он держался за дверь одной рукой, второй опирался о косяк.

Он был обнажен выше пояса. Она не стала смотреть ниже, чтобы оценить остальное, но в потоке эмоций, который ее охватил, точно не было разочарования.

Она видела фотографии Луки в журналах – Гектор показывал ей снимки и что-то рассказывал о внуке. В его голосе тогда звучала гордость. Как мог он гордиться ленивым внуком, который никогда не вспоминал о его существовании, не говоря о визитах?

Она никогда не рассматривала эти фотографии и представляла Луку высоким молодым человеком со слишком длинными волосами, слишком отросшей щетиной и слишком большим количеством висящих на нем красоток.

Реальность оказалась совсем другой.

Он подстриг волосы, темно-русые завитки выбивались во все стороны, он побрился, и поблизости не было грудастой блондинки с неестественно пухлыми губами.

– Разочарована? – пробормотала Чарли.

Лука улыбнулся, и эта ленивая, сексуальная улыбка почти заставила ее расплакаться.

Черт.

– Что я не рок-звезда.

– Да, вас точно не примешь за рок-звезду.

Взгляд Чарли против ее воли опустился на его грудь, и она чуть не застонала. Широкая, загорелая, мускулистая, совсем не такая, как у тощих бледных рок-звезд, с которыми она обычно имела дело.

Он снова улыбнулся, прислонившись к косяку.