Игра на ее поле

Ему нравилось дразнить ее, нравилось наблюдать за тем, как она закипала, зеленые глаза яростно сверкали и губы сжимались.

– Раз мы застряли друг с другом на две недели, давайте объявим перемирие. Я не стану вас ни в чем обвинять, если вы прекратите смотреть на меня так, словно дрессируете непослушного пса.

Уголки ее прелестного рта дернулись, и, когда машина остановилась на светофоре, она сдержанно улыбнулась ему:

– Не могу давать никаких обещаний, но постараюсь. Идет?

Он не мог ответить ей рукопожатием, потому что одна ее рука держала руль, а вторая лежала на рычаге передач, поэтому он сделал лучшее, что пришло ему в голову.

Слушаясь внутреннего демона, который целый день заставлял его совершать импульсивные поступки, он наклонился и поцеловал ее.

– Идет, – прошептал он, пользуясь ее шоком, чтобы снова ее поцеловать.

На этот раз он не торопился, медленно накрывая ее губы и проявляя достаточно давления, чтобы она поняла – если ему дадут шанс, он углубит поцелуй и возврата назад уже не будет.

Два настойчивых сигнала машин позади них заставили ее выругаться и оттолкнуть его, прежде чем она нажала на газ.

– Собираетесь объяснить, что это было?

Ее голос снова приобрел свои холодные интонации, в то время как он сам не мог перестать улыбаться.

– Обычно мне не приходится объяснять, зачем я целую красивую женщину, но мы не могли пожать друг другу руки, поэтому я нашел другой вариант. Я вас оскорбил?

Чарли фыркнула.

– Важное сообщение. Этот поцелуй аннулировал договор.

Новый договор. Мы не разговариваем следующие две недели. Идет?

О да, этот поцелуй зацепил ее.

– Но это же вовсе не весело.

– Вы здесь, чтобы заниматься финансами, а не развлекаться.

– Но это не взаимоисключающие занятия.

Она резко свернула в переулок, из-за чего ремень безопасности больно врезался в его грудь, и повернулась к нему:

– Еще важная новость. Я не одна из ваших красоток. Я работаю на вашего деда. Я серьезно отношусь к работе. И мне не нужно, чтобы какой-то лентяй и лодырь мешал мне.

Поняли? – Она едва удержалась, чтобы не ударить его в грудь.

Жаль, он хотел бы снова почувствовать ее руки на своем теле.

– Прекрасно.

Ее плечи облегченно опустились, но он тут же добавил:

– Но это не означает, что я буду хорошо себя вести.

– Вы просто заноза в…

– Вы постоянно говорите только о работе, похоже, у вас почти нет времени на веселье.

– Я много веселюсь.

Он фыркнул, и она нахмурилась.