Идеальные

Они миновали еще одну кучу черной «лунной» породы, и Селесте вспомнилось, как Алабама в самолете поспешила занять место у иллюминатора, вынудив ее втиснуться в среднее кресло. А потом она подумала о Луи, оставшемся дома: «Наверное, все еще дрыхнет, распластавшись поперек кровати». Мысли о муже напомнили Селесте о статье, которую она прочитала в телефоне, пока они с подругой ждали автомобиль напрокат.

Никакой Америки та статья Селесте не открыла. По правде говоря, она могла бы написать такую статью и сама.

В частности, Селеста знала, что девочки с расстройствами аутистического спектра вели себя иначе, нежели их ровесники-мальчики, и это затрудняло диагностику для врачей, как правило, лучше знакомых с симптоматикой аутизма у представителей мужского пола.

Именно этот факт заставлял Селесту временами злиться на всех и вся – на докторов, на медицинское сообщество, даже на притеснение и унижение женщин в истории человечества в целом. Иногда, чувствуя себя особенно несчастной, Селеста винила даже Луи, хотя он не имел никакого отношения к медицинскому сообществу, пренебрегавшему здоровьем женщин.

Селеста остановилась. Алабама, тяжело дыша, застыла рядом. На мгновение зрелище, открывшееся им, оставило подруг без слов. Они подошли к передней двери зала с термальным источником – двум высоким полотнам отражающего стекла, обрамленным стальными балками и камнем. Взгляды обеих дружно устремились дальше – к бассейну с пышущей паром водой у кромки пешеходной дорожки. Вода была голубой, но не такой голубой, как когда-либо видела Селеста.

Она была почти бирюзовой. В точности такого же цвета, как на фотографиях на сайте.

Створки двери распахнулись, и перед ними возникла семейная пара с мокрыми волосами; вслед за супругами из зала вылетела трель неземных колокольчиков. Селеста вновь подумала о женщине в белом халате. Пожалуй, она выглядела не столько сексуальной, сколько расслабленной после оргазма.

Что-то теплое прижалось к ладони Селесты. Скосив глаза вниз, она увидела кисть Алабамы, скользнувшую к ней.

– Это выглядит потрясающе, – тихо проговорила подруга, сжав руку Селесты. – Спасибо, что привезла меня сюда, Си-Си.

Эти слова не были извинением, но Селеста восприняла их как просьбу о прощении. Потому что для себя давно решила: извиняться можно и так – выражая благодарность, демонстрируя любовь, проявляя терпение. Без обязательного признания и озвучивания тех вещей, что ты сделал неправильно.