Избранные произведения. Том 3

Но разве он может забыть свой Кабан, где впервые он плавал на самодельных плотах, широкую могучую Волгу, где, может быть, возникла его мечта стать моряком! Разве позабудешь Адмиралтейскую слободу, куда он бегал удить рыбу, рощу Малихи, где можно было послушать кукушку, речонку Ишку, шорох молодого дубняка в Дубках, Маркиз, где он загорал на белом песке, Казанку, где бегал на лыжах, школу, своих любимых учителей, товарищей! Перед отъездом Галим решил попрощаться со всеми любимыми местами, но не успел выполнить и половины задуманного, как подошло воскресенье – последний день перед отъездом, день, когда у него должны были собраться все его лучшие друзья.

Ильяс Акбулатов пришёл первым, ровно в шесть.

В доме Урмановых он был своим человеком и, как только явился, принялся помогать Саджиде-апа. Разлив красное вино в графины и расставив их на столе, чуть отступил назад и, лукаво подмигивая Галиму, полюбовался своей работой, – всё на месте!..

Опять прозвенел звонок.

Саджида-апа засеменила к двери.

Пришла Мунира с огромной охапкой цветов.

– Проходите, проходите в комнату, – приговаривала Саджида-апа.

Она забросала Муниру вопросами об отце, о здоровье матери. Та едва успевала отвечать.

Молодёжь начала собираться.

Услышав голоса гостей, вышел из своей комнаты Рахим-абзы. В честь торжества он надел белую рубаху, подпоясался чёрным шёлковым поясом, побрился до блеска на щеках, подправил усы.

Мунира знала из газет, что в день двадцатилетия Татарии его наградили орденом Трудового Красного Знамени.

– Поздравляю с наградой, Рахим-абзы, – сказала она.

– Спасибо, дочка. Спасибо и за то, что пришла.

Когда гости расселись, Ильяс разлил по бокалам искрящееся вино.

– Ну-ка, друзья, возьмите рюмки, – пригласил он. – Не пьёте? Пустое! Это же голубиное молоко… приготовлено из сладкого мёда. Так ведь, Саджида-апа?

– Так, так.

Рахим-абзы, держа рюмку, встал.

– Внимание, товарищи! Рахим-абзы просит слова, – повысил голос Ильяс.

Саджида-апа посмотрела на мужа:

– Ой, старик, да ты, никак, хочешь речь держать?

– Если будут слушать…

– Просим! Просим!

Рахим-абзы посмотрел на цветы, обвёл глазами молодёжь.

– Дорогие мои! – начал Рахим-абзы и, увидев, что Саджида-апа смахнула слезу кончиком платка, сказал: – Не надо, мать. Мы должны быть счастливы, что дожили до такого дня…

Галим потупился.

– Галим! – обратился Рахим-абзы к сыну. – Ты вырос в Советской стране, ты – будущий защитник советского народа.