Избранные произведения. Том 4

Вот уж не вовремя! Ничем особенным Исрафил не помешал ей, но неожиданное его появление было как-то не по душе Гаухар. Дидаров словно почувствовал это, начал объяснять, что подвёз Джагфара с завода на своей машине. Ну, раз уж приехали вместе, Джагфар затащил его в квартиру, так что пусть хозяйка не сетует. Джагфар подтвердил:

– Да, да, я не отпустил его. Повечеряем вместе.

Гаухар промолчала. Насколько могла, приветливо предложила гостю раздеться, пройти в столовую.

На скорую руку был накрыт стол, появилось вино, кое-какая закуска.

И вдруг Гаухар остро почувствовала: и мужу, и Исрафилу не по душе, что вот сейчас она села за стол вместе с ними, с мужчинами. В любое другое время они рады были бы ей, но сегодня… сегодня хозяйка лучше бы оставила их наедине.

Для вида Гаухар посидела с ними, поговорила о том о сём и, убедившись окончательно, что неприятное чувство её было не обманчивым, нашла какую-то причину и поднялась из-за стола. Потом совсем ушла из комнаты. Её не пытались удерживать, даже не сказали для приличия: «Побудь с нами, без хозяйки стол – сирота».

Гаухар было очень горько. Не зная, за что взяться, чем заглушить обиду, она уединилась в спальне и, совершенно убитая, опустилась на стул, закрыла лицо ладонями. Она не плакала, и от этого ей было ещё тяжелее. За какой-нибудь час перед этим у неё было такое бодрое настроение, особенно когда удался рисунок, – ей так хотелось побыть с Джагфаром наедине… А тут неожиданная помеха…

Она с нетерпением ждала, когда, наконец, уйдёт Исрафил и она объяснится с мужем, облегчит сердце.

Но гость не торопился. Минуло девять, десять часов, а за столом в соседней комнате всё разговаривают и разговаривают. Голоса у собеседников становятся всё громче. Оба, кажется, изрядно выпили. Так ещё никогда не было у них. Что это такое? Может, войти к ним и положить конец этому затяжному застолью? Что она, чужой человек в своём доме? Войти и сказать: «Хватит, время позднее!»

Вместо этого она начала прислушиваться к громким голосам и уже не могла оторваться.

– …Так что, друг мой Джагфар, жизнь очень сложная штука, – слегка запинаясь, говорил Дидаров. – В ней так много неожиданного. Когда-то и моя жена дипломированной учительницей была. Я всегда ей говорил: «Пожалуйста, преподавай в школе, ходи на собрания и совещания – пожалуйста… Хочешь быть передовой, идейной учительницей? Сколько душе угодно! Могу даже кое в чём помочь тебе. Например, подготовить умное выступление на вашем педагогическом совете.