Иммортал1. Итальянский шторм

Ридольфи тем временем попросил Доминуса вывести охрану из своего офиса. Сам Доминус остался, так как Давиде хотел переговорить с предателем в его присутствии. Ридольфи взял стул и поставил его возле стены, подальше от своего письменного стола.

– Садись, тебе придется кое-что нам объяснить.

Скарпа подчинился без возражений, умирая от страха. Доминус придвинулся поближе к Ридольфи, готовый вмешаться, если тот что-нибудь выкинет.

Давиде, действительно, был сам не себя не похож, в него как будто черт вселился.

Он жаждал самолично разобраться с предателем, желательно на кулаках. Ридольфи зажег свою трубку и молча вперился горящим взглядом в Скарпу. Затем он выдохнул облачко дыма и подошел к мешку, в котором хранились клюшки для гольфа, подарок отца.

Он вытащил из мешка самую толстую клюшку – драйвер, и пару раз стукнул ей об пол, точно так же, как сенатор тростью. Доминус, прекрасно понимая, что дело принимает скверный оборот, сделал шаг вперед, готовый пресечь любое поползновение к насилию.

Ридольфи вновь повернулся к своей жертве:

– Видишь ли, Скарпа, ты знаешь меня как одного из основателей «Иммортал1» и как сына важного сенатора, но вообще-то у меня была очень трудная юность, – он взял мячик для гольфа и положил его на пол. – В те времена я был наркоманом и вращался в не самых почтенных кругах, отчего и выучил законы улицы на собственной шкуре. Для меня ты просто таракан, которого надо раздавить. Такие, как ты, не должны существовать.

Мы дали тебе высокооплачиваемую работу и возможность делать карьеру в самой желанной для соискателей компании мира, а ты? Ты отплатил нам черным предательством?

Скарпа начал, запинаясь:

– Но…

Ридольфи тут же перебил его, заорав:

– Заткнись! У тебя нет права говорить. Да и дышать тоже не стоит. Слушай этот урок в почтительном молчании, ясно?

Он примерился к мячику, слегка расставив ноги и согнув их в коленях, поднял взгляд, как бы в поисках цели, и опустил клюшку рядом с мячиком.

– Ты знаешь, что такое доверие? – спросил он и тут же ответил сам себе: – Да нет, ты даже слова такого не знаешь. Доверие – это такая штука, из-за которой я могу убить тебя и выйти сухим из воды. Ты же в курсе, что такие, как я, в тюрьме не сидят? Максимум, что мне грозит – это домашний арест. Так что теперь сиди неподвижно. Если ты пошевелишься, когда я запущу этот мячик, ты мертв. Для тебя я хочу не тюрьмы, а смерти.