История Тома Джонса, найденыша. Том 2 (книги 9-18)

Разве она не спросила стакан воды, когда вошла? Женщина другого звания спросила бы рюмку водки, – уж верно, спросила бы? Если это не самая знатная дама, продавай меня, как дурака, и тот, кто купит этакого дурачину, останется в большом накладе. Опять-таки, разве женщина высокого звания поехала бы без лакея, если бы не такой необыкновенный случай?

– Разумеется, муженек! – воскликнула жена. – Ты смыслишь в этих вещах лучше меня, да и во многих других.

– Да, кое-что смыслю, – отвечал трактирщик.

– Ей-ей, – продолжала жена, – так жалостно было глядеть на бедняжку, когда она села на стул; право, я ее от всей души пожалела, словно бы она была простая, бедная женщина. Но что женам делать, муженек? Коли она мятежница, то ты, верно, хочешь выдать ее суду, а она такая кроткая, такая добрая дама; будь она чем хочет, а я не выдержу и разревусь, когда узнаю, что ее повесили или голову ей отрубили.

– Вздор! – воскликнул муж. – Но все-таки не так-то легко решить, что нам делать.

Пожалуй, еще раньше, чем она уедет, мы получим известие о сражении; и если Кавалер одержит победу, она может заступиться за нас при дворе и осчастливить нас, коли мы ее не выдадим.

– Да, да, это правда, – согласилась жена, – от души желаю, чтобы это было в ее власти. Право, она такая ласковая и добрая дама; я была бы в отчаянии, если бы с ней случилось что-нибудь нехорошее.

– Ну, заладила! – скривил губы хозяин. – Вечно вы кого-нибудь жалеете.

Неужто ты стала бы укрывать мятежников?

– Понятно, не стала бы, – отвечала жена. – А что до ее выдачи, то, будь что будет, никто не посмеет нас бранить: каждый бы на нашем месте сделал то же.

Пока наш политик-хозяин, вполне заслуженно, как мы видим, пользовавшийся между соседями репутацией великого мудреца, занят был обсуждением этого вопроса (мнению жены он уделял мало внимания), пришло известие, что мятежники ускользнули от герцога и выиграли день пути по направлению к Лондону; вскоре после этого приехал один сквайр, известный якобит, и, пожав с радостным видом руку хозяина, проговорил:

– Наша взяла, голубчик.

Десять тысяч честных французов высадились в Суффолке[55 - Суффолк — графство к северо-востоку от Лондона, у берегов Немецкого моря. (Примеч. перев.)]. Да здравствует Старая Англия! Десять тысяч французов, дорогой мой! Лечу прямехонько на соединение с ними.