К востоку от Эдема

2

Девушка была страшно изувечена, и, существуй в то время рентген, врач обнаружил бы еще больше травм, которых, впрочем, и так оказалось предостаточно. Левая рука и три ребра были сломаны, на челюсти и черепе трещины, а с левой стороны выбито несколько зубов. Вся голова покрыта рваными ранами, а лоб рассечен до кости. Вот какая картина предстала перед врачом. Он наложил на руку лубок, туго перебинтовал ребра и зашил раны на голове. Взяв стеклянную трубочку от пипетки, он разогрел ее над спиртовкой и согнул под углом, а затем вставил в отверстие от выбитого зуба, чтобы девушка могла пить и принимать жидкую пищу, не травмируя покалеченную челюсть.

Потом вколол больной большую дозу морфия и, оставив на столе бутылочку с пилюлями опиума, вымыл руки и надел сюртук.

В кухне доктор сел за стол и стал пить горячий кофе, который поставил перед ним Чарльз.

– Ну так что же все-таки с ней случилось? – спросил он.

– Откуда нам знать? – грубо оборвал врача Чарльз.

 – Мы нашли ее на крыльце. Если есть желание, можете взглянуть на следы, что ведут от дороги, когда она ползла к дому.

– Знаете ее?

– Господи, разумеется, нет!

– Вы бываете наверху в трактире. Она, часом, не одна из девиц?

– Я давно там не был и в таком виде все равно бы ее не узнал.

– А вы видели ее прежде? – обратился врач к Адаму.

Адам отрицательно покачал головой.

– Да что вы тут вынюхиваете? – возмутился Чарльз.

– Что ж, если интересно, скажу. По этой девице отнюдь не борона проехала, хотя на первый взгляд очень похоже.

Кто-то ее умышленно изувечил, и она изрядно насолила этому человеку. Уж если начистоту, ее хотели убить.

– А почему вы ее не спросите? – поинтересовался Чарльз.

– Она еще долго не сможет разговаривать. Ко всему прочему, у нее еще и трещина в черепе, и одному богу известно, во что это выльется. Я, собственно, вот о чем: следует ли вмешивать в это дело шерифа?

– Нет! – Адам выкрикнул это с такой горячностью, что оба собеседника посмотрели на него с изумлением.

 – Оставьте девушку в покое. Пусть отлежится.

– А кто будет за ней ухаживать?

– Я, – решительно заявил Адам.

– Погоди, погоди… – начал Чарльз.

– Не суй свой нос куда не следует!

– Но ведь дом не только твой, но и мой.

– Хочешь, чтобы я ушел?

– Да я вообще не о том говорю.

– Ну так знай, если выкинешь ее на улицу, я тоже уйду.

– Успокойся, – сказал примирительно врач.