Как холодно в земле

В полумраке призрачно-белыми пятнами различались многочисленные овечьи морды.

– Доброе утро, сударыни, – вежливо поздоровался Маркби.

Все как одна они перестали жевать и уставились на него.

Маркби обернулся и обнаружил, что его тоже застали врасплох. За его спиной стояла крупная, враждебного вида шотландская овчарка с острой волчьей мордой.

– Привет, парень, – спокойным голосом сказал Маркби, хотя в его груди и образовалась неприятная пустота. – Я твоих подружек не трогал.

Не спуская с Маркби недоверчивых, обведенных красным глаз, пес опустил голову и сделал медленный шаг вперед, затем переступил с лапы на лапу и сделал такой же шаг назад.

Казалось, он размышлял, как удобнее напасть на пришельца, чтобы загнать его в угол и держать там до тех пор, пока не прибудет подмога.

К счастью, подмога прибыла раньше, чем пес приступил к действиям.

– Виски! – раздался женский голос.

Пес обернулся, присел на лапах, изогнул спину и завилял пушистым хвостом. Приветствуя этим немым танцем хозяйку и показывая свое послушание, он все же не сдвинулся с места, не желая ни упускать вторгшегося в его владения врага, ни выказывать каких-либо признаков дружелюбия.

– Чем я могу вам помочь? – спросила девушка. Теперь, когда она оказалась в зоне видимости, пес решился переложить ответственность за безопасность фермы на ее плечи. «Хозяйке-то виднее», – казалось, говорил его взгляд. Он не спеша удалился в уединенный, залитый солнцем угол двора и улегся там на пустой мешок, явно брошенный в том месте специально, в качестве собачьей подстилки.

Продолжая следить за Маркби своими красными глазами, он уткнулся носом в лапы и замер.

По оценке Маркби, девушке было двадцать четыре – двадцать пять лет. Он судил не по ее виду, а исходя из предположения, что это должна была быть Джессика Уинтроп. Если он правильно помнил, она должна быть примерно в этом возрасте.

Выглядела она моложе. Бледная, красивая, но печальная девушка с длинными светлыми волосами – по старому деревенскому выражению, «прямыми, как ярд вылитой из ведра воды».

Стройная, даже хрупкая, среднего роста. На ней были обтягивающие брюки для верховой езды, заправленные в высокие сапоги, толстый свитер и поверх него – теплая стеганая безрукавка темно-синего цвета. Она только что вышла из конюшни, стоящей напротив загона для овец. В руках у нее была веревка. Она оглянулась и потянула за нее. Послышалось цоканье копыт, и на свет выступил чалый пони с подстриженной гривой.