Как холодно в земле

Мне очень лестно, что ты считаешь меня достойной личного визита!

– Иначе и быть не могло – вы же знали меня еще мальчишкой, – с улыбкой сказал Маркби. – Мне очень приятно вас навестить, несмотря на то что повод для приезда сюда у меня далеко не радостный. Как у вас со здоровьем, Долли? Держитесь?

– Да чего мне сделается. Кашляю только в холодные месяцы. Старею, что тут сделаешь. Скоро и на свалку пора.

– Вам? Ни в жизнь не поверю, что вы и правда так думаете! – решительно открестился Маркби, и миссис Кармоди оглушительно расхохоталась.

Тем временем Маркби вытащил фотографию и протянул ей.

– Это мертвец? Извини, Алан, я не знаю, кто это. Никогда его раньше не видела. – В ее голосе слышалось искреннее сожаление. Нахмурившись, она еще раз вгляделась в фотографию. – Нет, не видела. – Она покачала головой, и из «каравая» сбежала очередная прядь волос. – Не знаю.

– Не видели никого, хотя бы отдаленно напоминающего человека на фотографии? При жизни он наверняка выглядел несколько по-другому.

Миссис Кармоди возвратила Маркби фото и теперь смотрела на него задумчивым взглядом.

– Нет, но на прошлой неделе кто-то бродил вокруг фермы.

– Да? – Он непроизвольно подался вперед. Наконец-то!

– Но я его не видела! Ну, то есть почти не видела. Это произошло – дай-ка вспомнить – в прошлый четверг. В тот вечер я что-то засиделась у телевизора и отправилась спать позже обычного. Только я заснула, как вдруг меня будто что-то толкнуло. Я проснулась и услышала, что лошади беспокоятся: храпят и переступают копытами в своих стойлах.

Это не мои животные. Я уже давно никого не держу для себя. Но я сдаю пастбища в аренду, и некоторые владельцы оставляют лошадей у меня на конюшне. Я их чищу, кормлю – в общем, хожу за ними. Мне это не в тягость, к тому же почти каждый день ко мне приходит Джессика Уинтроп и помогает. Бедняжка, у нее совсем жизни нет. Понимаешь, о чем я?

– Да, я только что был на Серой ферме… – Его основной целью сейчас было удержать рассказ миссис Кармоди в нужном русле, но без лирических отступлений, кажется, было не обойтись.

 – И вы подумали, что на ферму пришел посторонний?

– Я встала и накинула свой старый халат. Вообще-то в таких случаях надеются на собак, но моей старушке, – она потрепала спаниеля за ушами, – уже четырнадцать лет, и она глухая как пень. Нечего было и ждать, что она что-то почует! Я высунулась из окна. Если ты помнишь, в прошлый четверг была довольно ясная ночь.