Капитуляция

Вам лучше подождать здесь.

У нее перехватило дыхание.

– Я и так уже нахожусь вдали от дочери целый час! Я не могу и дальше оставаться без нее. Это слишком опасно.

Эвелин с волнением подумала о том, что кто-то может обнаружить ее отсутствие и взять под стражу Анри, а заодно и Эме.

– Будете ждать здесь. Я не собираюсь провожать вас обратно к трактиру, и, если вы не подчинитесь мне, можете забрать свое колье, и мы расторгнем наш договор.

Его глаза стали острыми, как ножи. Ошеломленная, Эвелин замерла на месте.

– Мадам, я буду охранять вашу дочь ценой своей жизни и собираюсь вернуться на свой корабль через считаные минуты.

Эвелин глубоко вздохнула. Странно, но она доверяла этому человеку, и, очевидно, он был твердо настроен не брать ее с собой в трактир.

Осознавая, что Эвелин капитулирует, он открыл ящик стола и вытащил оттуда маленький пистолет, мешочек с порохом и коробку с кремнем. Закрыв ящик, контрабандист впился в Эвелин взглядом.

– Скорее всего, вам это не пригодится, и все-таки держите оружие при себе, пока я не вернусь.

Эвелин взяла оружие. От взгляда ее спасителя у нее леденела кровь. Но такой жесткости было объяснение: он собирался помочь предателям революции. Если бы его схватили, наверняка отправили бы на виселицу – и это еще в лучшем случае.

Мужчина решительно зашагал к выходу из каюты.

– Запритесь на засов, – на ходу бросил он, даже не оглянувшись.

Ее сердце громко стукнуло в унисон с хлопком двери. Эвелин подбежала к ней и задвинула засов, успев перед этим увидеть своего спасителя, шагавшего по палубе в сопровождении двух вооруженных моряков, которые шли с ним в ногу.

Дрожа, Эвелин крепко обхватила себя руками за плечи. А потом долго молилась за Эме, за Анри. Маленькие бронзовые часы на столе показывали пять двадцать. Эвелин подошла и села в кресло хозяина каюты.

Если бы только он позволил ей пойти с ним, чтобы привести дочь и мужа! Эвелин соскочила с кресла и принялась в волнении расхаживать по каюте.

Без четверти шесть в дверь каюты резко постучали. Эвелин бросилась к двери, когда голос ее спасителя произнес:

– Это я.

Она подняла засов, распахнула дверь. И первым делом увидела Эме, которая зевала на руках контрабандиста. К глазам подступили слезы. Он вошел в каюту и передал ей дочь. Эвелин крепко прижала к себе девочку, встретившись с капитаном взглядом.