Капитуляция

Лукас закрыл дверь, и глава шпионской сети премьер-министра обернулся.

– Ты редко опаздываешь. – Он пронзил Джека взглядом.

– Да, благодарю вас, со мной все в порядке, вашими молитвами, – язвительно отозвался Джек.

– Полагаю, он опоздал, потому что трудно путешествовать по стране, когда за твою голову назначена награда, – заметил Лукас, отодвигая стул от рассчитанного на четверых стола. В камине ярко горел огонь. На столе были хлеб, сыр, эль и виски.

– Когда твой брат обеспокоен, Джек, он начинает занудно бубнить одно и то же, как женщина, – сказал Уорлок.

 – А беспокоится он всегда о тебе. Впрочем, эта награда – идеальное прикрытие.

– Да, это идеальное прикрытие, – согласился Джек. Лукас занимался вывозом эмигрантов и тайных агентов с земли врагов, зачастую буквально вырывая их из рук неприятеля. Он был патриотом и тори, так что его активное участие в войне было совершенно естественным, и Уорлок знал это, когда вербовал его.

С Джеком была совсем другая история. В то время как Джек время от времени перевозил «людской груз» для своего брата или других агентов Уорлока, дядю больше интересовала информация, которую Джек доставлял через Ла-Манш.

Многие контрабандисты наряду со своими грузами перевозили по этому маршруту ценные сведения. И все-таки большинство корнуолльских контрабандистов были французскими шпионами. Подобные игры казались Джеку забавными, и он знал: Уорлок прекрасно понимал это, когда несколько лет назад впервые обратился к нему.

– Подобный аргумент, возможно, и ввел бы меня ненадолго в заблуждение девять – десять месяцев назад, – возразил Лукас, – но это не собьет меня с толку теперь.

Это очень опасная игра. Мне это не нравится. Себастьян, вы собираетесь погубить моего брата.

– Ты ведь знаешь, что не я назначил награду за его голову. Впрочем, мое первое правило – использовать любую возможность, а эта награда предоставила нам неисчерпаемые возможности. Тебя что-то задержало? – спросил Уорлок у Джека.

Тот сел на предложенный стул.

– Да, меня кое-что задержало, но не пресловутая награда. – Джек самодовольно ухмыльнулся, словно на самом деле провел ночь в объятиях Эвелин. А потом вдруг остыл. Он мог обольстить ее, и, возможно, именно так и стоило поступить. Но, с другой стороны, в этом случае он сейчас, вероятно, был бы на полпути во Францию, как ее мальчик на побегушках.

Лукас закатил глаза и, налив Джеку скотч, уселся рядом с ним. Уорлок улыбнулся и тоже опустился на стул.