Классические мифы Греции и Рима

Встретившаяся ему на пути Артемида стала упрекать его за лань и хотела отнять ее. Геракл же перед ней оправдывался и свалил вину на Эврисфея, повелению которого он повиновался, и Артемида успокоилась. Так живою принес он лань в Микены.

Когда Геракл доставил лань в Микены, Эврисфей поручил ему поймать Эриманфского вепря. Этот вепрь жил на Эриманфской горе, между Аркадией, Элидой и Ахайей, и часто вторгался в пределы города Псофа, где опустошал поля и губил людей. По пути на эту охоту Геракл перешел через высокие и лесистые горы Фолос, в которых жили кентавры, с тех пор как были изгнаны лапифами из Фессалии.

Усталый и голодный Геракл пришел к пещере кентавра Фола и радушно был им принят, ибо Фол (получеловек и полуконь, как и другие кентавры), не был, подобно Хирону, так груб и зверски дик, как остальные существа его породы. Он угостил Геракла вареным мясом, между тем как свою порцию, не успевшую свариться, съел сырою. Геракл, любивший после трудов и усилий выпить за трапезою хорошего вина, изъявил желание выпить: но хозяин боялся открыть сосуд с вином, драгоценный подарок кентаврам от Диониса, находившийся у него на хранении: боялся он, что придут кентавры и в диком гневе своем, нарушат гостеприимство, Геракл ободрил его, и сам открыл сосуд. Оба они весело выпили полными чашами, но вскоре, как и опасался хозяин, явились другие кентавры. Почуяв сладкий аромат вина, со всех сторон бросились они к пещере Фола, в дикой ярости вооружились глыбами скал и стволами пихт и напали на Геракла. Он отразил нападение, бросая им в грудь и лицо горящие головни, и выгнал их из пещеры. Затем он преследовал их своими стрелами и последних оставшихся гнал до Малейского мыса, где они искали убежища у Хирона, прогнанного сюда из Пелионских гор. В то время, как кентавры, ища убежища, теснились около него, в колено ему попала стрела Геракла. Тут только герой узнал своего старого друга, с великою скорбью поспешил он к нему, приложил к ранам целебные травы, данные ему самим Хироном, перевязал их; но рана, нанесенная отравленною стрелой, была неисцелима. Поэтому Хирон впоследствии добровольно и принял смерть за Прометея. Геракл возвратился в пещеру Фола и, к великому своему горю, нашел и его мертвым: Фол вынул стрелу из раны одного убитого кентавра и, рассматривая ее, дивился, как такая маленькая вещь может замертво положить исполина. Но вдруг выпала у него стрела из руки, ранила его в ногу, и тотчас же поразила его насмерть.