Книга начал

Но сегодня, прежде чем начать этот внутренний монолог, Джо заполняет пустоту вопросом:

– Малкольм, может, вам чем-то помочь?

– Простите, Джоанна… Вы что-то сказали?

Малкольм всегда называет ее полным именем.

– Вам помочь? – повторяет Джо.

– Нет-нет, тут же нет ничего сложного. Новая неделя – новая тетрадь.

Может быть, Малкольм не книгу пишет, а просто ведет дневник? Но сдержанность мужчины не оставляет женщине никакого шанса задать ему этот вопрос.

– Ага, вот эта подойдет. А-пять, синяя, на пружине.

Как раз то, что надо.

Малкольм кладет тетрадь на прилавок и достает кредитку.

И тут Джо вдруг вспоминает, что давно собиралась спросить его кое о чем.

– Малкольм, вы часто интересуетесь, как дела у дяди Уилбура. Я вот что хотела спросить: вы с ним были друзьями?

Дяде Уилбуру уже восемьдесят, но вряд ли он сильно старше Малкольма.

– Друзьями? Не сказал бы, но мы, бывало, сиживали с ним здесь вдвоем за чашечкой чаю.

До Джо вдруг доходит, что она ни разу так и не предложила Малкольму не то чтобы чашечки кофе или чаю, но даже присесть.

– И о чем вы разговаривали? – интересуется женщина.

– В основном о наших краях. О том, как тут все изменилось. А еще Уилбур очень любит шахматы, так что мы говорили о них и о шахматном клубе, в котором он состоит.

– А вы тоже член этого клуба?

– Нет-нет. Всякие клубы, общества… это не для меня.

Джо хочется спросить почему, но Малкольм предвосхищает ее вопрос.

– Сам не знаю, почему так, честное слово. Просто я никогда в жизни не был членом какого-либо общества.

Ваш дядя, Джоанна, очень хороший человек. Передавайте ему от меня привет, – говорит он и после небольшой паузы с некоторой грустью добавляет: – Но нет, я бы не сказал, что мы с ним были друзьями. – Прежде чем покинуть магазин, Малкольм вновь обращается к Джо: – Думаю, я был бы совсем не прочь стать его другом.

Он ненадолго умолкает и потом продолжает, гораздо медленнее, с некоторой ноткой растерянного недоумения в голосе:

– Видите ли, было время, когда я ни с кем, кроме него, больше не разговаривал в течение многих недель.

Они глядят друг другу прямо в глаза, и между ними пробегает какая-то искорка.

Джо понимает, что в ее сочувствии Малкольм нисколько не нуждается. Как, впрочем, и она не нуждается в сочувствии с его стороны. И все же ей очень хочется сказать этому милому человеку что-нибудь доброе.

– А вот мне кажется, – говорит она, – что дядя Уилбур считает вас своим другом.