Книга Призраков

 – Что мне делать с этими наборами? Их у меня уже восемь!..

– Чуть позже, дорогая, – ответила тетя, – ты сможешь обменять лишнее на что-нибудь другое.

– Но только не тот, который преподнесли мне мои ученики, – сказала Бетти.

Прибыли очередные поздравительные телеграммы.

Наконец, в самый последний момент, доставили еще несколько свадебных подарков.

– Боже милостивый! – воскликнула девушка. – Мне необходимо выразить признательность. У меня, кажется, есть немного времени, прежде чем начать одеваться.

И она поспешила по лестнице в свой будуар, небольшую комнатку, в которой она рисовала акварелью, читала, музицировала.

Хорошо освещенная, милая комнатка, которой, как ей с грустью подумалось, скоро предстоит сказать прощай!

Сколько счастливых часов провела она здесь! О чем только не мечтала!

Она открыла свой несессер с письменными принадлежностями и написала благодарственные письма.

– Все, – сказала она сама себе, закончив пятое. – В последний раз я подписываюсь Элизабет Маунтджой, если не считать подписи в церковной книге.

Ох, как же у меня болит спина!.. Я не ложилась до двух, а встала в семь, и так всю неделю… Чуть-чуть отдохну, и начну одеваться.

Она забралась на софу, поджав ноги, и тут же уснула – здоровым, крепким сном.

Когда Бетти открыла глаза, церковные колокола весело перезванивались. Она подняла веки, повернула голову на подушке и увидела – невесту, в подвенечном платье, под белой вуалью, с букетом цветов, сидевшую рядом. Снятые перчатки лежали на коленях.

Невыразимый ужас сковал ее. Она не могла произнести ни звука. Она не могла пошевелиться. Она могла только смотреть.

Невеста приподняла вуаль, и Бетти увидела лицо – бледное лицо своей умершей сестры Летиции.

Видение опустило руку и улыбнулось ей.

– Не бойся, – сказала Летиция. – Я не причиню тебе никакого вреда. Я очень люблю тебя, Бетти. Я вышла замуж под твоим именем; я принесла клятвы от твоего имени; обручальное кольцо на моем пальце – это твое кольцо, оно не принадлежит мне.

Теперь ты жена Чарльза Фонтанеля, ты – не я. Выслушай меня. Я расскажу тебе все, и больше ты меня никогда не увидишь. Я больше не буду беспокоить тебя, и обрету, наконец, покой. Я исчезну, останется только это подвенечное платье. Выслушай же меня. Когда я умирала, я была в отчаянии, что у меня никогда не было и не будет радостей в жизни. Мое последнее отчаяние, последние сожаления были о том, что мне никогда не узнать, что такое блеск и суета.