Книга Призраков

Мой сын, служащий в армии, составляет серьезную статью расходов, второй сын еще не начал самостоятельно зарабатывать на жизнь, а у моих дочерей нет женихов, и они пока остаются у меня в доме. Кроме того, – он глубоко вздохнул, – я планировал оборудовать в доме зал для игры в бильярд.

– Не думаю, – возразил я, – чтобы это дело потребовало серьезных затрат.

– Что вы подразумеваете под словом серьезных? – спросил он.

– Мне кажется, что эти останки могли бы быть доставлены в Auchimachie помещенными в бочку с коньяком, как и предыдущие.

– И какова же цена коньяка?

– Про все сорта я вам сказать не могу, – ответил я, – но лучший коньяк, три звездочки, стоит пять франков пятьдесят сантимов за бутылку.

– Это все-таки дорого. А одна звездочка?

– Не знаю; я никогда не покупал такой. Может быть, три с половиной франка.

– И как много бутылок может поместиться в бочке?

– Не уверен, но, кажется, бочка вмещает около двухсот литров.

– Двести три шиллинга, – мгновенно посчитал мистер Фергюс, а затем добавил, подняв глаза, – плюс оформление документов, эксгумация, поборы чиновников, перевозка по воде…

Он покачал головой.

– Вам следует помнить, – сказал я, – каким унижениям подвергается ваш родственник от ног ирландца, которые пинают его, словно футбольный мяч. На моих глазах они пнули его три или четыре раза, – на самом деле я не был уверен, что они попали в него именно столько. – Так что вам следует помнить не только о чести семьи, но и об его страданиях.

– Мне кажется, – заметил мистер Фергюс, – вы говорили о том, что нематериальные сапоги не причиняют физических страданий, только духовные?

– Да.

– Что касается меня, – сказал владелец поместья, – то я по личному опыту могу сказать, что духовные страдания – самые недолговечные.

– В таком случае, – я пожал плечами, – капитан Макалистер обречен быть погребенным в чужой земле.

– Не совсем так, – отозвался он, – в земле, освященной римской католической церковью.

– А вы будете иметь половину католика в вашем семейном склепе.

– По тому, что вы рассказали, будет именно так. Но если судить по тому, сколько в нем покоится Макалистеров, если учесть, что все они добрые пресвитериане, то проповедь среди них своих взглядов, – я уже не говорю про отсутствие у него ног, чтобы иметь возможность сбежать, – будет иметь для него печальные последствия.

Затем мистер Фергюс Макалистер встал.