Книжный на маяке

– Мне нужно закрыть кассу и покормить Юстаса, я немного задержусь, – сказала Рэйчел.

– Я тоже, – сказал Тоби, – мне надо зайти домой. Подойду через полчасика.

– Тогда увидимся, – ответил Каллен и заторопил Рона и Буковски к выходу: ему хотелось поскорее уйти.

Тоби повернулся к прилавку. Рэйчел, прищурившись, смотрела на входную дверь.

– В чем дело? – спросил он.

– Не знаю, – ответила Рэйчел, – но мне кажется, он что-то задумал.

– Кто, Каллен? Что именно?

Она пробила его книги на старом кассовом аппарате.

– Уверена, скоро мы все узнаем.

И они узнали: оказалось, ни Рон, ни Каллен в паб не явились, хотя сами предложили пойти туда. Тоби явился первым и поначалу решил, что просто всех опередил. Он заказал пинту пива и еще одну для Рэйчел, когда та пришла. Они сели и, увлеченно болтая, стали ждать остальных. Прошло уже много времени, и вдруг Тоби сообразил, что Каллен с Роном приходить не собираются.

– Тебе не кажется, что нам устроили свидание? – наконец произнес он.

– Я все думала, скоро ли ты догадаешься.

– Хитрые у тебя друзья, – заметил он, поднимая кружку.

– Теперь они и твои друзья, – рассмеялась Рэйчел. – Не вали все на меня!

– Наверное, ты права, – с удивлением ответил он. – Я и не заметил, как мы все подружились.

– Угу. – Рэйчел глотнула пива, кивнула и добавила: – Мне знакомо это чувство. Я ведь не планировала надолго задерживаться в Ньютон-Данбаре. Я попала сюда случайно, но, прожив тут пять лет, даже думать не хочу о переезде.

– А как ты тут оказалась, если говоришь, что все вышло случайно? – с любопытством спросил Тоби.

Рэйчел посмотрела на него, и на миг ему показалось, будто она оценивает, можно ли ему доверять. Ее глаза словно видели его насквозь. Должно быть, когда она сердится, они холодны как лед.

– Сломался фургон, – коротко ответила она.

– Ясно, – ответил Тоби, хотя ничего ему ясно не было.

Рэйчел продолжала смотреть на него тем же оценивающим взглядом. А потом решила сказать честно:

– Я жила в фургоне.

Она замолчала, словно проверяя, как он отреагирует. Тоби солгал бы, сказав, что не удивился, но за годы работы журналистом он привык выслушивать невероятные, а подчас ужасные истории, не выдавая чувств.

– А что это был за фургон? – спросил он.

Вопросы – главное в журналистской работе.

– «Фольксваген». Очень старый.

– Классика.

Рэйчел рассмеялась:

– Можно и так сказать.