Книжный на маяке

Он приютился в северных предгорьях Кернгормских гор, и они неровными уступами уходили вдаль по обе стороны от крошечного скопления домов и магазинчиков. Дорога шла по берегу реки Дан, змейкой огибавшей городок. Если бы Тоби сел в машину и поехал на запад, он рано или поздно очутился бы в Грантауне-он-Спей. Двинувшись на восток и переехав мост, через десять миль оказался бы в Грейт-Данбаре, более населенном и многонациональном старшем брате Ньютон-Данбара, а уже оттуда можно было попасть на шоссе А944 и А96, ведущие в Абердин.

Ньютон-Данбар был маленьким городком, спрятавшимся среди гор, безвестным и ничем не знаменитым. Единственной достопримечательностью мог бы считаться маяк, впрочем, маяком он был лишь по названию. Башня возвышалась на восточной окраине города, за небольшим рядком коттеджей и маленькой приземистой сторожкой, стоявшей у подножия холма. Тоби прочитал, что маяк построили в Викторианскую эпоху со свойственным тому времени размахом как библиотеку для Бреколла, величественного особняка, в котором когда-то жили хозяева всех этих мест, но сейчас от дома остались лишь руины, укрытые лесами, спустившимися с окрестных холмов.

Зачем владельцу большого поместья понадобился наблюдательный пункт именно тут, догадаться было несложно – с верха башни, должно быть, открывался вид на весь городок и долину с одной стороны, а если посмотреть в другую, в ясный день можно было увидеть и Грейт-Данбар.

Тоби шел медленно и сосредоточенно, держа путь не к башне, построенной несчастным Джеймсом Макдональдом, а к лесу, раскинувшемуся по обе стороны холма, на котором стоял маяк. К тому моменту, как он, прихрамывая, добрел до первых деревьев, на улице посветлело, и в сине-черных тенях под густыми кронами стали видны перепады цвета – от темного к светлому. Перед ним возник деревянный заборчик до пояса, и Тоби вспомнил, как Маккриди говорила, что этот лес принадлежит ей.

Что ж, сейчас ее здесь не было. Тоби снял висевшую на плече сумку и перебросил через забор, а потом перелез сам, проклиная ногу, не желавшую слушаться, и чертыхаясь от неизбежной боли.

Для Рэйчел день начался как обычно – с громкого мяуканья Юстаса у самого уха. Она открыла глаза и перевернулась на спину. Потолок маленькой круглой спальни, оклеенный белыми обоями, выглядел так же, как все эти пять лет.