Князья Ада

С тех пор как в тысяча девятьсот первом завершилось Боксёрское восстание[9 - Боксёрское восстание – оно же Ихэтуаньское, народное движение против иностранного вмешательства в экономику, внутреннюю политику и религиозную жизнь Китая, 1989–1901 гг.], представители британской короны внимательно следили за всеми, кто входил и выходил за высокие стены Посольского квартала.

К тому же, встретив на приёме у Эддингтонов Исидро, Эшер – как бы странно это ни звучало – почувствовал себя спокойнее. Он знал, что вампир, несмотря на все отрицания, по-своему любил Лидию – так что во всём мире не нашлось бы лучшего защитника для миссис Эшер, чем этот желтоглазый испанский дворянин, умерший задолго до воцарения королевы Елизаветы на престоле.

Умерший – и ставший немёртвым.

В спальне царил поистине арктический холод. Эллен положила в кровать каменный сосуд-грелку с водой, но тот, конечно, тоже успел остыть. При свете ночника Лидия с рекордной скоростью стащила чайное платье и корсет, натянула длинную и теплую ночную рубашку, забралась под пуховое одеяло и мигом воспользовалась ногами Эшера вместо грелки.

Чуть позже, когда супруги уже начали задрёмывать, Лидия спросила:

– Ты и в самом деле собираешься заняться проблемой сэра Гранта и расспросить его слуг?

– Это, конечно, не моё дело, – сонно откликнулся Джеймс, – да и, честно говоря, я не представляю, с какого конца за него браться. Но да, собираюсь: только слово сэра Гранта может отвести от меня всякие подозрения, а здесь хватает тех, кто мог запомнить меня со времён предыдущего визита в Китай.

Лидия умолкла. А затем пристроила голову на плечо супруга и принялась приглаживать подушечками пальцев его взъерошенные усы. Нос Эшера щекотал запах её волос – сандала и ванили.

– А Исидро не говорил, как давно он приехал в Пекин? – Лидия едва уловимо запнулась, произнося имя вампира.

Раньше она отказывалась звать его по имени – в те времена, когда вовсе не желала иметь с ним никаких дел. «Ты тоже его защищаешь?» – спросил Карлебах – а она даже не нашлась что ответить.

– Нас прервали, – Эшер сделал вид, что не заметил этой запинки.

– А о том, есть ли в Пекине другие вампиры?

– Нет, – негромко ответил Джеймс. – И на этот вопрос я бы тоже хотел услышать ответ.

Глава третья

Путь от гостиницы «Вэгонс-Литс» до серых стен британского посольства, кажущегося огромным в лучах утреннего солнца, пролегал вдоль обветшалой набережной старого канала.