Когда поют деревья

Осмотревшись и прикинув на глаз потолочные балки, Аннализа спросила:

– Куда повесим?

Она с сомнением взглянула на крутящееся кресло, задвинутое под стол. Учитывая предыдущую затею с лестницей, еще одна подобная авантюра будет стоить ей жизни. Может, нужно подыскать себе помощника?

– Аннализа? – еле слышно прошелестела Эмма.

– Да?

– Спасибо тебе. Ты просто святая, – прижав ладонь к груди, выдохнула она.

– Бог с тобой! – горячо замахала руками Аннализа, подражая напыщенным неаполитанским интонациям своей бабушки.

 – Это Аннализа-то святая? Tu sei pazza! Да я натерла мозоли на своих бедных скрюченных пальцах, перебирая розарий и молясь о спасении души этой девчонки! – И она громко фыркнула на манер бабушки, словно рассчитывая потушить Везувий.

Эмма слабо хихикнула, едва разомкнув губы; ее плечи мелко затряслись.

Присев на край кровати и собрав свои длинные седые волосы в хвост, Аннализа погрузилась в воспоминания о бабушке. Когда-то Nonna приютила ее, пятнадцатилетнюю девчонку…

– Господи, как же я по ней скучаю…

– Могу себе представить… – облизав пересохшие губы, отозвалась Эмма: она немного ожила и заговорила увереннее.

 – А вообще – она бы тобой гордилась. Ты, конечно, не любишь ни о чем вспоминать, но после того, что я натворила, ты мне так помогла…

Аннализа махнула рукой.

– Что было, то прошло. В последнее время меня частенько подводит память – спасибо, если вспомню имя Господа Бога.

Одним словом, не волнуйся – все давно прощено и забыто.

Аннализа солгала: ничего она не забыла.

Ни единого дня.

– Если бы все было так просто, – прошептала Эмма.

Аннализа подозревала, что Эмма отказывалась от любого лечения, включая химиотерапию, именно потому, что никак не могла распрощаться с прошлым. Она решила подвести черту. Отчаявшись переубедить Эмму, Аннализа в конце концов смирилась с ее решением.

– Поищу-ка я помощника, – подняв палец, объявила она.

Поднявшись с кровати, Аннализа подошла к двери и выглянула наружу. По коридору шел медбрат в зеленом халате со стопкой белья в руках – вылитый Джеймс Дин, только без модной прически.

– Извините, можно вас на минутку?

– Конечно. – Он ускорил шаги и зашел за ней в комнату.

– Не поможете повесить музыкальную подвеску? – Аннализа показала коробку.

– Десять лет работаю, а такое впервые слышу, – удивился медбрат и пожал плечами.