За гранью искажения

– Я капитан стражи торговца Инсита из Лодиона, – неохотно ответил мужчина, продолжая сверлить Марака взглядом.

– Чем мы тебя заинтересовали, капитан? – спросил Рустам, выходя из тени фургона. Стражник дёрнулся и, осмотрев Рустама, задержал взгляд на мече рыцаря.

Рустам заглянул в казанок и наполнил тарелку кашей, решив ещё немного подкрепиться. Организм набирался сил и требовал усиленного питания, поэтому Рустам не стал отказывать себе в очередной порции ароматного варева. Отправив ложку в рот, Рустам посмотрел на замершего капитана.

– Я должен убедиться, что господину Инситу и его грузу ничего не угрожает, – ответил капитан.

– Убедился? Глядя на ваше сопровождение, это мы должны опасаться. Свободен, капитан, – хмуро проговорил Рустам

– Сэр, я прошу вас не приближаться к нашему каравану. Выдержите расстояние около сотни шагов, – сказал капитан и, махнув охране, скрылся в темноте.

Марак хлопнул Рустама по плечу.

– Простите, сэр Рустам, но этот капитан тоже рыцарь.

На его груди находится герб его рода, который говорит о наследном титуле, а вы сделали вид, что не заметили…

Палг толкнул в бок Марака и сказал:

– Так у сэра Рустама тоже … – начал парень, но, наткнувшись на суровый взгляд Рустама, запнулся. – Простите, сэр…

Марак расслышал слова Палга, но не стал ничего уточнять. Через час Бартос и Мате сменили Вирага и Золтана, отправив их поесть и отдохнуть.

Караульные приняли дежурство, а все остальные улеглись в фургоне, прикрывшись купленными шкурами и обхватив оружие, которое может понадобиться в любой момент.

Около костра остались только Рустам и Марак.

– Три копьеносца, два лучника, егерь, велит и два мечника вместе с вами, сэр, – тихо проговорил сержант, поглаживая ноющую ногу. – Необходимо каждому поставить задачи, тогда станем хорошей боевой единицей.

– Ты сержант, займись этим, – ответил Рустам, глядя на подрагивающие языки пламени. – Я даже разрешу собой покомандовать…

– Что-то тревожно мне, – оставив наполненный храпом фургон, к костру вернулся Пирт, закрепляя меч на поясе.

 – Пойду, осмотрюсь. Птица всполошилась, и филин несколько раз вскрикнул, а сейчас всё снова тихо.

Рустам кивнул, чувствуя напряжение Марака, похожего на сжатую пружину.

– Марак, сколько лет ты прослужил?

– Двенадцать, – тихо ответил сержант, прислушиваясь к ночному лесу. – Из них три года на войне.