Колодец желаний

Что мне следовало делать?

«По крайней мере, не продавать нашего ребенка за огромные деньги», – подумал Алекс. Если бы не вмешательство королевы, перебившей последнюю цену, назначенную за красивого малыша, он никогда не узнал бы, что у него есть сын. При мысли о том, как близко он был от того, чтобы потерять Нико, Алекс снова ощутил холодную ярость.

Отвернувшись от Сары, он процедил сквозь зубы:

– Прошлое не имеет для меня никакого значения. Ты тоже.

– Тогда что я здесь делаю? Ты хочешь заставить меня заплатить за поступок, который я совершила? Поверь, – с горечью бросила Сара, – страдания, которые ты собираешься мне причинить, не идут ни в какое сравнение с тем, через что мне уже пришлось пройти.

– Я вообще не хотел с тобой встречаться. Не хотел, чтобы ты увидела нашего сына. – Алекс повернулся к ней. Его лицо было тверже гранита. – Ты здесь, потому что у меня не было выбора.

Ей незачем знать, что ее появление и так уже вызвало смятение при дворе.

Алекс надеялся, что мать быстро поправится – ведь только благодаря королеве Ирене он смог пережить эти пять лет. Сначала Алекс потерял отца. Затем границы его маленького государства оказались под угрозой. С огромным трудом ему удалось сохранить суверенитет Карвейнии. А после этого, как гром среди ясного неба, ему стало известно, что женщина, которую он любил, родила сына и отказалась от него.

Королева, конечно, какое-то время сомневалась, что мальчик – ее внук, но Алекс в этом был уверен. Сара была невинна, когда они полюбили друг друга. Или, может, он полюбил. О, как робка и застенчива она была вначале и как смелы стали ее ласки, когда он разбудил ее чувственность! Возможно, сейчас она уже не довольствуется одним любовником, но он не желает об этом ничего знать.

– Как ты узнал про ребенка? – спросила Сара. – Как он очутился здесь?

– Деньги и власть помогают достичь желаемого.

– Почему ты не связался со мной? Почему пропал, словно испарился?

– Отстаивал независимость своей страны. – Алекс передернул плечами. – Это уже не важно.

– Но это важно для меня! Я четыре года мучилась, не зная, каково моему мальчику в семье богатых приемных родителей, любят ли они его, заботятся ли. Я мучилась от того, что не увижу, как он начнет делать первые шаги, как начнет говорить. – Горло у нее сжалось.