Рехан. Цена предательства

Летеха цыкнул:

– За обстановкой следим!

Пашка вытер ладонью потное лицо, не переставая нервно вертеть головой. Местечко было то еще – территория завода, перекошенная разбомбленными зданиями, руины, стены, много огромных окон. Быстрее бы свалить отсюда.

Динамик вновь задрожал:

– Бурый, прием!

– На приеме, – Ротный уже более спокойно обвел свою группу взглядом, заглянул вверх, на зияющие дыры в высоченной стене завода. Одной рукой сложил карту и сунул ее обратно.

– Бурый, дождитесь… может, еще кто подойдет, и начните штурм.

Эта точка нам необходима.

Где-то невдалеке грохнуло.

– Ждать не могу, – Ротный был предельно лаконичен, – нам его или брать, или уходить. Слева от нас «поляков» штук пятьдесят, идут по пятам, мы только оторвались. Сейчас здесь будут, они город лучше нашего знают. На верхних этажах здесь тоже «поляки», сколько – неизвестно. Есть снайпера, это точно. У меня уже двоих задело. Пока без потерь.

– Бурый, тогда начинайте после артподготовки. Через десять минут… Десять минут.

Как понял?..

Опять грохнуло. В соседних кварталах ожесточенно шла перестрелка.

– Я плохо понял, Тайга! А где обещанные «огурцы»?!!

– Их не будет, Бурый… Произошли изменения… Вы слишком далеко ушли. Это не сегодняшний рубеж, как понял?

– С утра был сегодняшним! Я тебя понял, Тайга-2, – мрачно произнес командир в рацию и отключился от эфира.

– Помощи не будет, – снова обвел взглядом закопченные лица своих солдат, – парни, мы между двух огней. Полезем в завод, там еще что-нибудь сможем предпринять.

Добавил, обращаясь к Летехе, что с невозмутимым видом заполнял оприходованные магазины:

– Вот что значит хорошая работа. Пока мы сюда прорывались, эти уроды тихонько за нашими спинами окопались и дальше не идут. А нас обложили…

– Охренительно, – заявил Летеха, – здорово!

Где-то ближе к центру снова пошло все взрываться. Круглые сутки город бомбили.

Группа спецназа сидела в круговой обороне под стеной завода, тридцатью парами глаз отслеживая обстановку.

По всему городу стреляли, и неизвестно, в какой из моментов и этот проулок снова затрещит перекрестным огнем. Здесь был заводской тупичок, и только пара закрытых дверей, ведущих в завод, но неизвестно, куда именно. По стене сползали перевитые сухие лианы, виноградник, наверное. Весной расцветет… Пашка ощупал две оставшиеся гранаты в карманах разгрузочника на груди. В который раз лихорадочно пробежался глазами по коварным проемам окон. Недалекая стрельба вроде поутихла.