Рехан. Цена предательства

Сейчас он держал автомат в одной руке, время от времени неловко помогая ею поддерживать тяжелый моток.

Вглядевшись, Пашка обнаружил, что у того, у Пашки, чье тело волокли сейчас тяжело дышащие бородатые мужики, стекала с губ розовая пена, из уха текла кровь, а безжизненные глаза были глубоко закачаны под лоб. Он понял, что состояние этого тела является практически обреченным. Обилие крови, грязи, и ярко выраженной агрессии в картинке так не вязалось с разлитой вокруг благодатью, светом и тишиной, что он тяжко вздохнул.

Картинка исчезла.

– Ну что ж, – после долгого молчания произнес он. Иванка все это время его не перебивала, – значит, я теперь могу остаться здесь, с тобой, навсегда.

– Хорошие у тебя заявочки, – покачала Иванка головой, – а ты уверен?

Пашка растерялся:

– Подожди, но как же?.. А куда мне? – застыл он в недоумении.

Иванка заложила руки за спину, отчего ситцевое простенькое платье натянулось, плотно облегая стройную фигуру.

– Ты все правильно понял. В таком состоянии ты действительно не жилец.

На том свете, конечно, – многозначительно подняла брови, – и, если честно признаться, я тебя именно из-за этого и вызвала.

– Интересно-интересно, – безо всякого интереса в голосе протянул Пашка. Иванка явно собиралась вернуть его обратно, что никак не могло его радовать, – и как же это?

– Достаточно просто. Но ты без маленькой помощи не выкарабкаешься, – заявила она, – поэтому вот на тебе… Они помогут тебе побыстрее выздороветь.

С этими словами девушка вложила ему в тело три светящихся шара, взявшихся ниоткуда, прямо из воздуха.

Один шар скользнул в голову, другой куда-то в грудь, третий – в живот.

Пашка ощутил покалывающее тепло в теле, можно было даже назвать его приятным. Кожа в тех местах, куда влились шары, слегка засветилась ровным голубоватым светом.

– И что?.. – спросил он.

– И все, – в тон ему ответила Иванка. Помедлив мгновение, достала из окружающего пространства еще один, размером поменьше, – этот дашь своему товарищу.

– Ладно, – Пашка все равно не понял, о ком она говорит, следя за тем, как шарик тепло скользнул в его ладонь и осветил ее, растекшись ровным светящимся смехом по пальцам, – а как я отдам его, если он во мне?

– Сам выйдет, он не для тебя предназначен, – сказала девушка, потирая свои почти прозрачные руки, – они заряжены здоровьем, если выражаться вашим примитивным языком.

Срок действия ограничен, но за это время они сделают то, что должны сделать.

– Спасибо.

– Все, можешь идти.