Кошкин стол

Проходя мимо расписанной стены, Кассий снова задал вопрос:

– А это что, дядя?

Потом мы вскарабкались по железной лестнице обратно на палубу. Лезть вверх оказалось тяжелее, чем вниз. Мистер Дэниелс опередил нас на целый пролет, и, когда мы выбрались на поверхность, он уже курил сигарету биди, завернутую в белую, а не в привычную коричневую бумагу. Он стоял, прикрывая сигарету левой ладонью, и ему вдруг пришло в голову прочитать нам длинную лекцию про пальмы мира, изображая по ходу, как они растут, как качаются – каждый вид и тип по-своему – и даже как они покорно клонятся на ветру.

Он изображал пальмы в различных позах, пока все мы не расхохотались. Потом предложил нам сигарету, показал особый способ затяжки. Кассий жадно следил за ним, но мистер Дэниелс первому протянул сигарету мне, а уже потом она пошла по рукам.

– Необычная биди, – медленно проговорил Кассий.

Рамадин затянулся второй раз и попросил:

– Изобразите еще раз пальму, дядя!

Мистер Дэниелс удоволил нас еще несколькими характерными позами.

– Это, понятное дело, корифа зонтоносная, или таллипотовая пальма, – пояснил он. – Именно она дает пальмовый сахар и пальмовый сок.

Потом он изобразил камерунскую королевскую пальму, которая растет в пресноводных болотах. Потом еще одну, с Азорских островов, за ней – нечто очень нежное из Новой Гвинеи, – руки его превратились в удлиненные листья. И еще он не забывал показывать, как каждая из пальм качается на ветру: какие суетливо, какие лишь слегка помавая стволом, чтобы подставить порыву самый узкий край листа.

– Аэродинамика – очень важная вещь. Деревья куда мудрее людей. Даже лилия лучше человека. Деревья – как дивные девы…

Мы до упаду хохотали над его лицедейством. А потом вдруг все разом бросились бежать. С воплями промчались сквозь полуфинал женского турнира по бадминтону и жахнули, как три пушечных ядра, во всей одежде в бассейн. Даже утянули за собой несколько складных стульев. Время в бассейне было оживленное, вокруг плескались девицы и младенцы.

Мы выпустили из легких весь воздух, ушли на дно и стояли там, плавно помавая руками, словно пальмы мистера Дэниелса, – жаль только, что он нас не видел.

Генераторная

Нам бы не ложиться допоздна, чтобы узнать, как живет судно по ночам, но мы ведь вставали до зари и к вечеру выдыхались. Рамадин предложил дневной сон – как когда мы были маленькими. В школе мы терпеть не могли этот дневной отдых, а теперь решили, что это дело весьма полезное.