Куртизанка и капитан

 – Приготовьтесь к выходу на сцену!

– А вот и мы, – ухмыльнулась Салли.

«О да, воистину», – прошептала Розали.

Пока занавес оставался закрытым, девушки поспешили занять свои места на сцене. Шарлотта осторожно уселась на обитый узорной камкой[2 - К а м к а – шелковая цветная ткань.] трон и расправила взбитые умелой рукой мамаши Би крашеные локоны. Вокруг нее столпились остальные «богини». До Розали долетели слова доктора Барнарда, вставшего перед сценой и торжественно объявившего:

– Наслаждайтесь же, мои многоуважаемые друзья! Сценки, полные изысканного и благородного артистизма! Высочайшее искусство – греческие богини!

Розали старалась держаться в глубине сцены.

«Господи, – промелькнула мысль, – во что я ввязалась?»

Тяжелый занавес пополз вверх.

Перед ней предстало около сотни мужчин.

Розали с трудом подавила приступ тошноты. Ради Линетт, ради любимой сестрички. Она пройдет через все это ради Линетт и ради Кэти, маленькой дочурки сестры.

Глава 3

– Моя дорогая Розали, во имя всего святого, с какой стати тебя интересует подобное место? – вырвалось у ее подруги Хелен, когда два дня назад Розали упомянула Храм красоты.

Они находились в печатной мастерской Хелен, где все вокруг было завалено горами еще пахнувших типографской краской брошюр. – Насколько я слышала, этот Храм красоты не что иное, как знаменитый бордель!

– Болдель, – тут же подхватила маленькая Кэти, – болдель.

Хелен моментально повернулась к двум ребятишкам, самозабвенно рисовавшим корявых человечков на обрывках бумаги:

– Тоби, дорогой, пожалуйста, возьми Кэти в кухню и дай ей стакан молока!

– И булочку с патокой? – с надеждой в голосе поинтересовался вечно голодный шестилетний Тоби, сын Хелен.

С комком в горле Розали наблюдала за детьми, потом тихо заметила:

– Тоби ведет себя с Кэти просто замечательно. Хелен, я так благодарна тебе за то, что ты разрешила нам здесь остановиться. Мне бы еще очень хотелось, чтобы ты позволила платить хотя бы за еду.

– А я бы хотела, чтобы ты наконец прислушалась к моему совету и не смела в одиночку соваться в это ужасное место. – Хелен тяжело вздохнула. – У мужчин, посещающих Храм красоты, одно на уме! Ты собралась туда, потому что где-то услышала, будто там бывала Линетт?

– Вот именно. Ты же знаешь, она всегда мечтала стать актрисой. Мне удалось выяснить, что три года назад она могла работать в этом Храме красоты.