Куртизанка и капитан

 – Уже уходишь, да? О, конечно, просто поняла, что никто из этих роскошных господ не даст за тебя больших денег!

– Меня вполне устраивает, – спокойно ответила Розали.

Шарлотта просияла:

– Ага! Я так и сказала Персивалю, доктору Барнарду, – ты воротишь свой добродетельный нос от этого места! Он как раз сейчас в своем кабинете, занимается записями, но скоро поднимется сюда.

«В кабинете. Какая досада!» Розали отложила платье и тряхнула головой, распуская волосы.

– На самом деле, Шарлотта, – заявила она, – я передумала.

И остаюсь.

Шарлотта ошеломленно приоткрыла рот. Потом закрыла. Салли обернулась к Розали.

– Ой, только не делай этого ради меня. Ты сказала, тебе не хочется танцевать, я понимаю, ей-богу! Я правда…

Розали упрямо вздернула подбородок:

– Салли, как ты думаешь, сколько времени может потребоваться доктору Барнарду, чтобы закончить записи?

– О, десять минут или что-то вроде того, всего делов-то, ему ж неймется подняться в танцевальную залу к благородным господам!

– Тогда я тоже поднимусь к вам, – заявила Розали.

 – Ненадолго, пусть он меня там увидит, и я ускользну прочь. Подходит?

– Конечно! – прошептала Салли. – Спасибо, что сохранила мне работу.

Салли поспешила подняться наверх. Стоило Розали остаться одной, как вновь накатили тягостные воспоминания о той кошмарной зимней ночи два года назад, когда она получила записку от Хелен.

«Розали, мне жаль, но я нашла твою сестру».

И снова воспоминания вернули ее к событиям прошлого декабря.

Холодный промозглый вечер в сыром, продуваемом всеми ветрами Лондоне. Уже два месяца Розали жила у Хелен, посвящая дневное время поискам Линетт, спрашивая о ней в театрах, мюзик-холлах – везде, где существовала хоть малейшая возможность узнать что-нибудь о судьбе сестры. Она следовала расплывчатым указаниям записки:

«Розали, я в Лондоне. Я в беде. Пожалуйста, помоги мне».

Однако именно Хелен, регулярно пускавшаяся вместе со своими друзьями из церковного прихода в небольшие экспедиции по беднейшим районам Лондона, чтобы раздать скромную похлебку и хлеб голодающим, нашла Линетт.

Розали поспешила встретиться с Хелен по указанному в записке адресу. Заброшенный дом неподалеку от Рэтклифф-хайвей. Здесь на сыром матрасе у разбитого чердачного окошка лежала ее девятнадцатилетняя сестра. Ее некогда прелестное лицо было обезображено смертельной болезнью и нищетой.