Смеющийся горемыка. Остросюжетный социально-психологический роман

Я уж до конца буду расхлебывать кашу сам. Мама здесь не причем.

– Билетики, граждане пассажиры, попрошу предъявить на проверку билетики, – неожиданно громко прозвучало в вагоне.

Доля напряг спину и уныло подумал:

– Все. Приехал. Сейчас меня выгонят, я пойду по шпалам. И было бы интересно до того узнать, водятся ли в этих местах медведи…

Горько усмехнувшись, он посмотрел в уже начавшее темнеть небо, а потом на сказочно-страшный в потемневшем свете непроходимый кустарник.

– Молодой человек, ваш билет! – раздался мужской строгий голос над его головой.

Доля встал. Зачем-то пошарил по карманам и выдохнул: – Нет у меня билета.

– Тэкс, – со значением проговорил усатый мужчина, одетый в форму железнодорожника, с компостером в руке. – Тэкс, – повторил он, сделав короткую паузу…

– Ха-ха-ха! – дико засмеялся пожиратель батона и, злорадствуя, пальцем показал на Долю, привлекая к нему внимание.

– Заяц! Заяц! – орал он. – А с виду как будто интеллигент. Вот они интеллигенты паршивые! Без билета норовят проехаться!

Очень хотелось Доле подойти сейчас к крикуну и заткнуть ему рот остатком батона, но он сдержался.

Ревизор цепко схватил Долю за рукав куртки, а скандалить с ним Доле не хотелось. При его теперешнем положении это было бы глупо. Разом перечеркнуть все, к чему он стремился последнее время, стало бы слишком большой платой за удовольствие набить морду какому-то случайно вдруг возникшему на его пути живоглоту.

– Пойдем, пойдем с нами, товарищ. Не дергайся, – предупредил ревизор, и Доля нехотя ему подчинился.

Завершив проверку билетов, усатый железнодорожник с помощницей, а с ними и Доля перешли в следующий вагон, и вскоре поезд остановился.

– Маша, высади безбилетника, – приказал ревизор. – Все равно у него денег нет, штраф не заплатит. Я, таких как он, давно изучил, знаю. Если б деньги у него были, он купил бы билет.

Доля, не дожидаясь, когда ему предложат сойти, спрыгнул на посыпанный снежком перрон. Ревизорша Маша для порядку высунулась из вагона и тут же скрылась обратно в тамбуре.

Доля рысью пробежал в конец поезда, где по его расчету проверка уже прошла и в последнюю секунду запрыгнул в вагон. Электричка, пронзительно взвизгнув, понеслась дальше, а он присев на скамейку у выхода, поднял воротник и, спрятав в него лицо, стал размышлять над только что с ним случившимся. Ему было мучительно стыдно и в то же время жалко себя до слез… Однако слабость продолжалась недолго.