Леди Полночь

 – Оставить его там одного…

– Это его комната, – возразила Кристина. Эмма удивленно смотрела на подругу: и как ей удавалось сохранять такое спокойствие?

– Но он ее не помнит! – взволнованно воскликнула Ливви. – Он вообще ничего не помнит.

– Он помнит, – сказала Эмма, положив руку на плечо Ливви. – Просто все, что он помнит, изменилось.

– Но мы не изменились!

Ливви казалась такой удрученной, что Эмма притянула ее к себе и поцеловала в макушку, что оказалось совсем непросто: Ливви была всего на пару сантиметров ее ниже.

– Еще как изменились, – вздохнула Эмма. – Все мы. И Марк тоже.

– Но в комнате пыльно, – встревожился Тай. – Мы выбросили все его вещи. Он решит, что мы забыли его, что нам нет до него дела.

– Я сохранил его вещи, – подмигнул ему Джулиан. – Они внизу, в кладовке.

– Отлично. – Кристина хлопнула в ладоши. – Они ему понадобятся. И еще кое-что: сменная одежда, все, что сохранилось с тех пор. Все, что может быть ему знакомо. Фотографии, старые вещи.

– Мы все принесем, – вызвалась Ливви.

 – Мы с Таем.

Тай обрадовался услышать конкретные указания к действию. Тихонько переговариваясь, они с Ливви спустились вниз.

Проводив их взглядом, Джулиан порывисто вздохнул, и в этом вздохе напряжение смешалось с облегчением.

– Спасибо, что заняла их.

Эмма пожала Кристине руку. Она чувствовала гордость за подругу, ей так и хотелось сказать: «Смотрите, она всегда знает, что делать!»

– Откуда ты знаешь, что делать? – спросила она вслух.

– Это мой конек, помнишь? – подмигнув, ответила Кристина.

 – Фэйри и последствия Холодного мира. Само собой, Волшебный народ вернул его в обмен на услугу и желает, чтобы он немедленно приступил к исполнению своей части сделки, таково уж их жестокое нутро. Но ему нужно время, чтобы восстановиться, чтобы заново узнать этот мир и собственную жизнь. Они просто швырнули его обратно, как будто для него нет ничего проще, чем снова стать Сумеречным охотником.

Джулиан прислонился к стене. Его полузакрытые глаза пылали темным огнем.

– Они ранили его, – сказал он. – Зачем?

– Чтобы ты сделал то, что сделал, – ответила Эмма. – Чтобы ты вытащил стило.

Джулиан выругался.

– И чтобы я увидел, что они сотворили с ним? Увидел, как он меня ненавидит?

– Он ненавидит не тебя, – возразила Кристина. – Он ненавидит самого себя. Он ненавидит свою сущность нефилима, потому что его этому научили. Ненависть за ненависть. Фэйри – древний народ, и таково их представление о справедливости.