Лес за пределами мира

Уолтер в душе поблагодарил отца за его любовь, но торговые дела мало занимали его, и большую часть времени он с любопытством рассматривал гавань, суда, встающие под разгрузку или неторопливо направляющиеся с товарами к выходу из гавани, матросов и прочий люд, снующих тут и там: все это напоминало ему искусные изображения на гобеленах.

Затем, когда они вернулись обратно на «Кэтрин», он приметил парусник, на который прежде не обратил внимания, готовый к плаванию, и шлюпку возле него; мужчины, казавшиеся ему матросами и сидевшие в шлюпке, ждали, когда появится один или несколько пассажиров и будет отдан канат, чтобы налечь на весла.

Уолтер без всякого интереса рассматривал парусник, когда приметил – о чудо! – людей, проследовавших мимо него к трапу. Их было трое; первым шел карлик, с кожей темно-коричневого оттенка, уродливый, с длинными руками и большими ушами, с клыками, торчавшими, словно у дикого зверя. Он был одет в богатый костюм желтого шелка, был опоясан широким ремнем и сжимал в руках согнутый лук.

За ним шла девушка, юная, как казалось, неполных двадцати лет; прекрасное лицо, подобное цветку; серые глаза, темные волосы, полные красные губы, хрупкое нежное телосложение. Ее наряд был прост: короткое, облегающее зеленое платье, так что было видно железное кольцо на правой лодыжке.

Последней шла леди, высокая и статная, с таким сияющим красотой лицом и в таких богатых одеждах, что трудно было предположить, кто она такая, ибо не каждый взгляд мог выдержать созерцание подобной красоты; сыны Адама, оказавшиеся неподалеку от нее, устремляли на нее пристальный взгляд, когда она проходила мимо, отводили взор в сторону и снова искали её глазами.

Уолтер не стал исключением; когда все трое проходили мимо него, ему показалось, что все прочие люди исчезли и они остались одни; он все смотрел и смотрел в её сторону, чувствуя себя бесконечно одиноким. Они по трапу поднялись на корабль, он видел, как они шли по палубе, пока не оказались перед надстройкой в задней его части, вошли в нее и скрылись с глаз.

Он стоял и смотрел, пока снующий на пристани люд вновь не обрел отчетливых очертаний в его глазах; затем увидел, как канат был сброшен, крепкие матросы налегли на весла и шлюпка медленно повела большой корабль по направлению к выходу из гавани. Были выбраны шкоты и распущены паруса, сразу же наполнившиеся попутным ветром, и вот уже нос корабля рассек первую зеленую волну за пределами гавани.