Лето в Андалусии

– Значит, по-прежнему шумно?

Я киваю:

– Между этажами слабая звукоизоляция, и, если не считать вечеринок, она допоздна смотрит телевизор с включенным объемным звуком. Я, когда ложусь спать, надеваю беруши.

– Жаль это слышать, Лейни, но я рад, что у тебя все складывается с работой. Для тебя это определенно шаг в правильном направлении.

– О, и в июне я уезжаю в Андалусию освещать кулинарный конкурс, который транслируется по испанскому телевидению.

– Боже мой, ты молодец! Как долго тебя не будет?

– Четыре недели.

Время выбрано неудачно, так как у меня в самый разгар был запланирован двухнедельный отпуск.

Осознавая, что мои планы на отпуск всегда меняются в последнюю минуту и в итоге я беру выходные то тут, то там, что является пустой тратой времени, я наконец взяла на себя твердое обязательство. Ну, таково было мое первоначальное намерение до того, как Рик выдвинул свое предложение и снова сбил меня с толку. Похоже, это история в моей жизни повторяется постоянно.

– Как жаль.

Но, по крайней мере, ты сможешь насладиться чудесным солнечным светом.

– Хотя я и не планировала этот отпуск, а обещала кое-кому помочь. Я еще не сообщила эту новость и чувствую себя ужасно, потому что на меня рассчитывают, а я не знаю, что с этим делать.

Если я прямо скажу, что речь о маме, папа просто отключится.

– Это прискорбно, но, учитывая обстоятельства, я уверен, тебя поймут.

Когда мы сворачиваем на Говард-стрит, папа поворачивается и с улыбкой смотрит на меня:

– А, так они все еще работают! Обещаю, это лучшая пицца на свете.

Итак, когда ты сообщишь плохие новости?

– Я собираюсь позвонить сегодня вечером маме и все ей рассказать.

У папы вытягивается лицо.

– О. Ясно. Значит, она все еще ведет кулинарные курсы?

– Да. После небольшого затишья посыпались заказы на двухнедельные курсы, которые мама проводит в июне. Обычно у нее есть помощник – вышедший на пенсию учитель иностранных языков, который переехал туда из Суррея несколько лет назад, – но он будет в отпуске.

Когда мама спросила, не смогу ли я помочь, я поняла, что она в отчаянии. Очевидно, у нее нет других вариантов, поскольку другие люди, на помощь которых она рассчитывает, почти не говорят по-английски, если вообще говорят. Это прекрасно, когда дело доходит до пересадок на грядках и прополки сада, но ей нужен заместитель, который будет понимать ее гостей, в основном британцев. Но это было до того, как у меня на работе появилась такая возможность.