Лето в Андалусии

Обернувшись, я на мгновение заметил лицо Рика, когда кто-то схватил его за руку, и он выглядел разъяренным. Мне доводилось видеть, как нападают на шеф-поваров, но чтобы так – никогда. К счастью, подошли два человека и увели их обоих с глаз долой. Думаю, один из них был агентом Кэти, а другой – официантом. Если бы все это разыгралось на глазах у всех, ситуация обернулась бы полной пиар-катастрофой. И, м-м-м, я должен перед тобой извиниться. Ты ведь говорила, что у них пылкие отношения и что их личная жизнь может повлиять на то, как ведется бизнес.

Сожалеет ли Томас о том, что позволил мне убрать из оригинальной статьи, которую я написала, все, кроме самого краткого упоминания о партнерстве Рика и Кэти? Поразмыслив, я поняла, что именно Рик уговорил меня на это, хотя Томас всего лишь хотел, чтобы я смягчила тон, описывая практический подход Кэти.

– У тебя хорошее внутреннее чутье, Лейни. Но, вероятно, тебе лучше знать, что произошло, учитывая, что ты собираешься провести довольно много времени в компании Рика.

– Спасибо за предупреждение, Томас. Я буду осторожна. Надеюсь, отношения между ними не ухудшатся, поскольку ресторану это не сулит ничего хорошего. Если им нужно немного побыть порознь, эта поездка для Рика может оказаться как нельзя кстати. Я знаю, что он надеется на визит одного из инспекторов Мишлена, и Кэти беспокоилась из-за отсутствия Рика, но Пьер Вербье – хороший шеф-повар, и он уже знаком со стандартами Рика.

– Тут ты, возможно, права. Но если ты выяснишь, что стоит за этой накаленной атмосферой, дай мне знать, просто из любопытства, конечно.

Хм, это интересно. Томас чувствует, что здесь кроется какая-то история? Надеюсь, если Кэти внезапно уйдет и оставит Рика без финансовой поддержки, это не станет крахом многообещающего бизнеса.

Сразу же после того, как он вешает трубку, я ищу номер Нила. По правде говоря, он дал его мне, на случай если сможет чем-нибудь помочь, когда я писала статью, но если и есть человек, который действительно знает, что происходит, так это он.

– Нил, привет, это Лейни.

– У тебя простуженный голос. Ах, так вот почему ты пропустила вечеринку. А я-то голову ломал. Ох, и что это был за вечер, – стонет он. – Я не могу сейчас говорить, так как сегодня работаю в две смены, а это очень беспокойно. Ты не против, если я позвоню тебе завтра? Есть пара вещей, которыми я хочу с тобой поделиться, вещей, о которых я не мог упомянуть при нашем первом разговоре. Короче, поговорим позже.