Лига Чистоты

Оба были выпускниками университета, оба служили в армии и смотрели в лицо смерти. У Кейна в детстве был полиомиелит, и он хромал. Он часто рассказывал Магнусу, как в школе его до умопомрачения дразнили из-за его хромоты, но он не сломался, занялся спортом, плаванием, альпинизмом, и в итоге стал одним из виднейших покорителей вершин.

Дружба с ним Магнуса смущала, но никогда не обременяла. На этот раз у него, правда, возникло неприятное ощущение, будто он каким-то образом втянут в нечто, имеющее тайный, скрытый для него смысл.

Он вновь посмотрел на помпезное приглашение и пришел к выводу, что хотел бы узнать побольше об организованном полковником Кейном вечере любительского бокса.

2

На улице перед отелем под дождем бегали щвейцары с зонтиками; в гардеробе снималась верхняя одежда, отряхивались вечерние костюмы. За массивными вращающимися дверями стояли двое молодых людей в темных шерстяных костюмах и собирали раззолоченные приглашения, предлагая каждому гостю подняться по лестнице наверх, в зал приемов.

Магнус заметил, что его карточку проверили быстро, хотя и не без интереса: молодых людей явно поразил личный автограф Кейна в нижнем углу.

Он поднялся наверх, но никого не узнал, знакомых лиц не было. Присутствовали только мужчины, и все, по крайней мере, лет на десять старше его. Профессионалы, безукоризненно выглядевшие в своих двубортных темно-синих костюмах, с чистым цветом лица, подтянутыми фигурами – здесь не найдешь и намека на повышенное кровяное давление или отвисший живот.

И еще они отличались тем, что вообще не имели запаха – ни табачного, ни лосьона после бритья; напротив, над ними, казалось, висела и окружала их какая-то стерильная чистота, будто они не были сотворены из плоти и крови. Магнус проверил самого себя – нет, он позволил слишком разыграться своему воображению: ни в ком из них не было ничего необычного или зловещего. Просто группа людей среднего возраста и среднего положения собралась на вечеринку, чтобы собрать в благотворительных целях деньги на нужды спорта.

Однако он чувствовал себя неспокойно. У себя дома, одеваясь, он взбодрил себя парой бокалов крепкой водки, и сейчас чувствовал себя легко и свободно, пребывая в лихорадочном возбуждении, которое нельзя было отнести только на счет алкоголя.

Он прошел в длинную комнату, где на столах стояли легкие напитки и бутылочное пиво. Он мог бы выпить еще водки, но никак не светлого пива, которое он едва не расплескал.