Лови намек, Дани Браун!

Тут он поднял брови и намекнул:

– Видео?

Дани поняла, что в своих размышлениях она свернула куда-то не туда.

– Да. Да. – Она кивнула как болванчик, поспешно запихивая эти пугающие мысли под воображаемую кровать. – Видео – и твое сокрытие личности – не будем об этом забывать.

Заф фыркнул:

– Сокрытие личности? Серьезно? Ты об этом хочешь поговорить?

Дани предпочла проигнорировать сарказм:

– Знаешь, я бы с большим интересом слушала твои истории про регби, если бы знала, что ты настоящий профессионал.

– Неужели?

Она на мгновение призадумалась:

– Вообще-то, нет. Забудь.

На ее вкус его смех стих слишком быстро.

– Послушай… насчет видео. Я просто хотел сказать, что мне действительно жаль. Мне, наверное, не нужно было нести тебя вот так.

Он что, просит прощения? Серьезно?

– Заф, ты же понимаешь, что это не твоя вина, что нескольким студентам нечем было заняться, кроме как снимать и строить теории по поводу двух незнакомцев, которых они видели выходящими из здания, не так ли?

– Ну, да.

Но я не знаю, может ли такое внимание навлечь на тебя неприятности, или…

– Нет. Я уже поговорила со своей начальницей, и ее нисколько не беспокоит то, что она назвала «интернет-сплетнями». По-видимому, все это не имеет отношения к ее жизни и к отделу в целом. Так что, пожалуйста, не беспокойся об этом.

– Хорошо, – сказал Заф. – Хорошо.

Но почему-то не расслабился. Во всяком случае, Дани почти видела, как вокруг него нарастает и раздувается воздушным шариком напряженность.

– Тебе такое не нравится, не так ли? – спросила она, не в силах сдержать вопрос.

Заф запнулся:

– Какое?

– Что люди говорят о тебе.

Их глаза встретились, в его взгляде промелькнул намек на удивление:

– Нет. Не… не совсем. Кое-что неплохо, а что-то выходит за рамки, и народ порой не видит границ. Ну, и плюс к тому, я…

Он замолчал, плотно сжав губы, как будто не хотел дать второй части предложения выйти наружу.

– Ты… что?

Дани хотела знать, потому что всегда была ужасно любопытной по натуре, а не потому, что горечь в его голосе впилась когтями беспокойства в ее сердце или что-то в этом роде.

Боже, да нет же. Разве что считать «когти беспокойства» обычной составляющей дружеских отношений – тогда, конечно, да.

– Я переживаю, – договорил Заф, и его челюсть напряглась. – Мне нравится думать, что у меня есть некоторый контроль над своей жизнью. От этого на душе становится спокойно. Но ты не можешь контролировать то, что говорят люди.