Жестокая параллель. Тайна горы Холатчахль. Приключенческий роман

Скорее ей наперекор, чем по собственному желанию, он, удовлетворяя любопытство Вадика, заговорил про поселенцев, вспоминая всё, что когда-то узнавал, общаясь с зеками сам, а большей частью услыхал от родного деда.

– Поселенцы, Вадик, это такой народ, и вольный будто, а на самом деле невольный. Лес же кому-то пилить надо, не больно деревенские в леспромхозы идут – там ведь как папа Карло надо пахать, да ещё того и гляди бревном убьёт. Вот власти и придумали выход из положения: из лагерей стали больше выводить тех, кому сроку два-три года осталось и хорошо себя вели в зоне.

Дед мой дятлами их называл и шестёрками, потому что стучали друг на друга «вертухаям» да «шестерили» на них. Короче, большинство выходила на поселение неработь, а нормальных работяг мало было. Что такие людишки наработают? Они только брагу пить мастера, воровать, да в лесу пакостить. Кедр вона весь почитай вывели… – Витька замолчал, лёг на спину и уставился синими глазами в небо, показывая видом, что продолжать разговор на эту тему больше не намерен.

– Н-да, – загадочно произнёс Вадик и, помолчав, добавил: – Теперь ясно, как мой брат поживает. Из зоны написал, на поселение по заслугам отправили.

– Эй, девчата, спели бы для души какую ни то песню, настрой получить на дорогу, – окликнув девушек, попросил Севка, отдыхавший чуть поодаль от всех в ложбинке. Пользуясь случаем, он успел уже стянуть с ног настоящие китайские кеды и подставить их под солнце.

– Во, девчонки! – встрепенулся Пашка. – Спойте-ка «Королеву красоты», её Муслим Магомаев поёт.

У нас весь класс, помню, по этой песне с ума, когда-то сходил, твист под неё парни и девки до сих пор «зажигают» на танцплощадках так, что шуба заворачивается!

– Давайте все вместе споём, – предложила Женя, и Ася, мгновенно вскочив с травы, начала задорно петь, пританцовывая.

От её пения на поляне стало будто светлее, а подступавшие к ребятам стеной деревья казались не такими уж таинственно-мрачными. Женя присоединилась к ней и, игриво подмигивая, позвала танцевать проводника:

– Виктор, давай с нами, не стесняйся, давай!.

.

На несколько минут таёжный уголок превратился в танцплощадку. Танцевали все, кроме Витьки. Кривляться под музыку куда ни шло он ещё мог бы, а вот шейк танцевать по-настоящему не умел. Песню, конечно, про королеву красоты по радио слышал, она ему тоже нравилась. Нравилось ему и смотреть сейчас на танцующих ребят, но, когда песню пропели дважды, шейк сразу закончился.