Любимая бывшая жена

Откинувшись на спинку стула, она держала бокал белого вина в руке, и было в ее глазах то, чего, возможно, он никогда больше не увидит, и от этого разволновался, – ему это не понравилось. Но она, должно быть, неверно поняла его замешательство.

– Так поступают, когда кому-то нездоровится.

– Как именно? – поинтересовался он, окончательно сбитый с толку.

Она нахмурилась:

– Готовят человеку любимую еду.

У Хавьера пересохло во рту. Он кивнул и, подняв глаза, увидел, что она смотрит на него.

Он улыбнулся, взял вилкой кусочек баклажана и отправил его в рот.

Нет. Его мать никогда так не делала, когда он был нездоров. Она либо не замечала признаки его болезни, либо топила сына в щедрой и подавляющей заботе, чтобы привлечь внимание к себе, а не к Хавьеру. Он невольно позавидовал тем, кто живет в нормальной обстановке.

– Что готовила тебе твоя мать? – спросил он.

Эмили выдержала его взгляд:

– Солонину из говядины.

Он чуть не подавился едой, потом увидел, как весело сверкнули глаза его жены.

Он сглотнул и, скорее по привычке, чем из любопытства, спросил:

– Как она?

Он переменил тему разговора, чтобы отвлечь ее. Она почувствовала, как ему стало не по себе после ее замечания о готовке любимой еды для того, кому нездоровится. В прошлом Хавьер умело скрывал свои чувства, но на этот раз она ощутила его замешательство как свое собственное. Он выжидающе смотрел на нее.

Ее мать.

Эмили напряглась и взглянула на ущелье, где мерцали ранние звезды. Собравшись с мыслями, она снова посмотрела на Хавьера.

– Она почти не изменилась. Они со Стивеном в Мордене и… – Эмили пожала плечами, не зная, что еще добавить. – У них все хорошо.

В последний раз она виделась с ними чуть больше полугода назад. Перед Рождеством, потому что отчиму нравилось ежегодно ездить в рождественский круиз.

Воспоминание ранило, и Эмили чувствовала себя глупо, лелея эту боль.

Ей было шестнадцать, когда она ошибочно решила, что поедет с ними в круиз на рождественские каникулы. Ей не забыть взгляда матери, когда та молчаливо умоляла Эмили не суетиться и ничего не говорить. И Эмили провела все праздники одна. А на следующий год она даже не просилась к ним присоединиться.

С каждым годом ей становилось все хуже, потому что она знала: ее мать счастлива. Она любила Стивена, в этом не было сомнений.