Любовь пирата

Но, малышка, поверь, при взгляде на тебя я не смог устоять, – пробормотал Тристан, обжигая ее губы страстным поцелуем.

Когда Беттина попыталась оттолкнуть его, Тристан только крепче сжал девушку, впечатав ее тело в свое. Она поняла, что Тристан снова желает ее и поцелуй – только начало. Что ей делать? Как противостоять наслаждению, охватившему все ее существо?

Тристан неожиданно отступил, и Беттина почти упала спиной на поручень, тяжело дыша. Глядя на усмехающееся лицо капитана, освещенное ярким светом луны, она пришла в ярость оттого, что пират так легко мог играть на ее чувствах.

– Пойдем, – прошептал он и, взяв Беттину за руку, повел ее в каюту.

Но не успел Тристан закрыть за собой дверь, Беттина очутилась по другую сторону стола, схватила проклятую плеть, выкинула в иллюминатор и вызывающе поглядела на пирата.

– Надеюсь, ты не собираешься противиться мне, малышка? Весь день мечтал об этой минуте.

Голубые и темно-зеленые глаза встретились.

– Сними платье, Беттина.

Время пришло.

«Что мне делать? – обреченно подумала девушка. – Я такая трусиха! Боюсь кнута больше смерти. Нужно было бежать сегодня, но сейчас слишком поздно».

– Немедленно! – потребовал Тристан.

В ярости крича что-то нечленораздельное, Беттина разорвала только что починенное платье; рывком стащила его и бросила в Тристана. За платьем последовала сорочка. Девушка подошла к постели и остановилась. Тристан быстро разделся. Когда он лег рядом, Беттина опалила его зеленым пламенем широко раскрытых глаз.

– Ненавижу тебя, Тристан, всем своим существом, твои прикосновения мне омерзительны, так что если вновь хочешь взять меня силой, поторопись, – прошипела она.

Но Тристан покачал головой.

– Не сейчас, Беттина. Сегодня ты поймешь, что это такое – быть настоящей женщиной.

– Вы слишком самонадеянны, месье, – горько рассмеялась она. – Для этого нужен настоящий мужчина.

Лицо Тристана потемнело, и Беттина поняла, что язвительное замечание достигло цели.

Раздвинув ей ноги, он грубо, бешено вонзился в нее, но Беттина была рада боли. На этот раз она была слишком занята своими мыслями, чтобы испытывать наслаждение, и только когда все кончилось, Беттина немного расслабилась.

– Почему ты делаешь это, малышка? Зачем лишаешь себя наслаждения, которое я могу подарить тебе?

– Ничего я не лишаю. И говорила чистую правду, – презрительно процедила Беттина.