Магия и кровь

Мы с ней собирались вместе в магазин, и вдруг она замерла посреди коридора, и из глаз и ушей у нее потекли багровые ручейки. Секунду мы так и стояли в коридоре и таращились друг на друга. Поскольку Алекс из нас самая старшая, она была первой из двоюродных, чью Первую Кровь я видела.

Потом Алекс сказала:

– Кажется, мне нужна ванна. Не просто душ.

Я оставила ее ждать, а сама помчалась созывать всех женщин в доме. Мы с тетей Мейз, мамой, бабушкой, Кейшей и Кейс собрали все свечки, ароматические масла и благовония, какие только смогли найти, и притащили в ванную.

Когда Алекс забралась туда наконец, весь пол в коридоре был скользкий от крови, зато она лежала в ванне, сверкавшей, как ее ресницы, и вся сияла, а мы стояли вокруг. Мы не стали спрашивать, почему она так захотела, и нам ни к чему было это знать. Алекс была счастлива, а больше нас ничего не заботило. Именно тогда она попросила, чтобы мы называли ее «она».

Я говорю:

– Неужели ты не хочешь рассказать еще раз? Ты всегда говоришь, что это одно из твоих любимых воспоминаний.

А я буду крайне признательна, если внимание переключится с меня на кого-то другого.

– Так и есть, просто… – Алекс обводит собравшихся пальцем с наманикюренным ногтем. – Просто, когда вам рассказывают то, что вы уже слышали, вы слушаете до безобразия плохо. Перебиваете, норовите добавить что-то, чего на самом деле не было, спорите, кто что говорил, кто что делал… Да ну нафиг. Только зря стараться.

– Мне кажется, дядюшке будет приятно выслушать твою версию событий.

Я делаю Алекс страшные глаза, чтобы она наконец поняла намек.

– Мы говорим об одном и том же дядюшке?

Дядя Катиус сердито скрещивает руки:

– Если мы не будем говорить о Призвании, это не озна- чает, что оно не состоится. Ты – это решения, которые ты принимаешь. А решить, как пройти испытание, гораздо важнее, чем решить, что приготовить на ужин.

Я пропускаю его слова мимо ушей и повышаю голос:

– А давайте все женщины поделятся своими воспоминаниями о Первой Крови в честь моего перехода на новый этап! – Я обвожу взглядом стол в поисках той, которая подхватит нить разговора.

– Если ты думаешь, будто мне охота сидеть тут и рассказывать, как у меня из интимных частей вылилось три литра крови, подумай еще разок! – Она доедает ломтик хлеба с цукатами – манерно отламывает по кусочку, жует и глотает – и сердито смотрит на меня.